12 декабря четверг
СЕЙЧАС -5°С

«Я надувал мячики, чтобы заново научиться дышать»: самарский музыкант о жизни с чужим сердцем

История Максима Горшкова, которому судьба подарила новую жизнь

Поделиться

Герою нашей публикации пришлось заново учиться дышать и ходить

Герою нашей публикации пришлось заново учиться дышать и ходить

Ожидание донорского сердца, 10 часов на операционном столе и долгие месяцы реабилитации — такую цену заплатил за новую жизнь музыкант Самарской филармонии Максим Горшков. Но он ни о чём не жалеет, хотя ему и пришлось заново учиться ходить и дышать. О пути, который ему пришлось пройти, Максим Горшков честно рассказал в беседе с корреспондентом 63.ru.


Жизнь в искусстве 

29 сентября отмечается Всемирный день сердца. Таким образом медики Земли хотят напомнить о необходимости следить за состоянием своей сердечно-сосудистой системы и не забывать проходить профосмотры.


Большую часть своей жизни 51-летний Максим Горшков посвятил искусству. Он мастерски играет на тромбоне.

Тромбон хорошо передает характер мелодии

Тромбон хорошо передает характер мелодии

Этот духовой музыкальный инструмент часто играет значимую, а иногда и первостепенную роль: он хорошо передает героический или трагический характер мелодии. Но и от музыканта требуется максимальная вовлеченность в процесс. У Максима Горшкова с этим проблем не было: он жил музыкой. 

«Беда подкралась откуда не ждали»

«Беда подкралась откуда не ждали»

Беда подкралась неожиданно: всё началось с банальной простуды, которая спровоцировала дилатационную кардиомиопатию. Для этого заболевания характерно развитие прогрессирующей сердечной недостаточности и нарушения сердечного ритма. Нередки случаи, когда такой диагноз становится смертельным приговором. 

— Поначалу меня просто мучила сильная одышка. Я проконсультировался с доктором и прошел полное обследование организма в Самарском кардиоцентре. Там я впервые узнал о том, что серьезно болен. Результаты обследования показали, что кардиомиопатия развивалась у меня на протяжении 5 лет, — рассказал музыкант. 

Он по-мужски спокойно принял этот диагноз. Но медики были категоричны: вариантов нет, нужно пересаживать сердце.

В Москву на реанимобиле

В Самаре такие операции не делают. Нужно ехать в Московский институт трансплантологии имени Шумакова. Пациент приезжает, его обследуют и проверяют совместимость с донорским органом. Если всё совпадает, назначают дату операции. Если человек и сердце не подходят друг другу, пациент вынужден ждать следующий донорский орган.

Пациенты с заболеванием, как у Максима, тяжело переносят перелеты. Сердце может остановиться прямо в воздухе. Медики Самарского кардиоцентра подготовили для поездки в столичную клинику реанимобиль с необходимым оборудованием. 

Поездка прошла успешно. Самарского музыканта передали в руки московских докторов. 

«Врачи мне ничего не запрещали»

«Врачи мне ничего не запрещали»

— Когда я приехал в институт Шумакова, врачи мне ничего не запрещали. Ограничения мне диктовал сам организм: я чувствовал себя всё хуже и хуже с каждым прошедшим часом, — вспоминает Максим. 

К счастью, донорское сердце ему долго ждать не пришлось. Сама операция по пересадке сердца длилась более 10 часов. Так было написано в истории болезни Максима Горшкова.

— Это абсолютно ни на что не похожее состояние — может быть, даже мистическое, всё получилось с божьей помощью. Когда я проснулся после наркоза, чувствовал себя комфортно. Побочных эффектов не было, — говорит музыкант.

Но трансплантация — лишь начало пути, впереди — долгая реабилитация.

Возвращение в Самару и новая жизнь 

Операция длилась 10 часов

Операция длилась 10 часов

После операции Максим провел в столичной больнице около месяца. Врачи наблюдали за тем, как новый орган приживается в чужом теле. Мужчине назначили курс таблеток и физические упражнения. Как только музыкант почувствовал себя лучше, он вернулся в Самару, где его ждали новые серьезные испытания:

— Мне приходилось надувать резиновые мячики, чтобы нормализовать работу легких. Такая процедура больше профилактическая — она не позволяет развиваться пневмонии. Кроме того, я потихоньку начал ходить, делал это осторожно, в соответствии со строгим наказом врачей. 

«Легкие приходилось разрабатывать с помощью мячиков»

«Легкие приходилось разрабатывать с помощью мячиков»

Люди, которые перенесли операцию по пересадке сердца, на протяжении всей оставшейся жизни должны принимать лекарства, чтобы неокрепший организм не отвергал новое сердце.

Музыка помогает

Московские хирурги посоветовали Максиму вернуться на работу. Музыкант начал репетировать в составе родного оркестра Самарской филармонии.

«Стараюсь держать себя в форме и погружаюсь в музыку»

«Стараюсь держать себя в форме и погружаюсь в музыку»

— Многое зависит от обстановки. Сейчас я чувствую в себе силы. Но некоторые мои коллеги и работодатель до сих пор не могут привыкнуть к мысли, что я снова в строю. В Москве в этом плане всё устроено по-другому. Люди после пересадки органов возвращаются на работу и живут обычной жизнью. Вот и я стараюсь поддерживать себя в форме и с головой погружаюсь в музыку. Слава богу, что всё так сложилось, — говорит Максим.

Главные новости Самары в формате фото и видео — в нашем Instagram.

оцените материал

  • ЛАЙК 0
  • СМЕХ 0
  • УДИВЛЕНИЕ 0
  • ГНЕВ 0
  • ПЕЧАЛЬ 0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Гость
29 сен 2018 в 10:58

Здоровья! Что ещё можно пожелать.

Гость
29 сен 2018 в 09:23

Сколько примерно стоит операция?

San-Diego
3 окт 2018 в 15:31

Жить ему тяжко и в плане здоровья, и финансов. Но в филармонии огромные цены на всех артистов заезжых, больше чем в Москве.
напр. ансамбль Моисеева. Все себе Щербаков переводит, а оркестрантам копейки выдает? Взял бы этот Щербаков или кто там
директор и провели концерт и все сборы передали бы этому коллеге.По-человечески надо подходить.
С миру по нитке.. Что может здоровый, то не может больной.
Почему бы об этом не подумать дирекции филармонии?