17 октября воскресенье
СЕЙЧАС +7°С

«Скорая просто уехала»: 37-летний самарец умер после ухода бригады 03

События роковой ночи рассказала 63.RU его мать Людмила Ланцова

Поделиться

В квартире Людмила Александровна оборудовала маленький мемориал в память о сыне

В квартире Людмила Александровна оборудовала маленький мемориал в память о сыне

Поделиться

В Самаре набирает обороты скандал вокруг смерти тяжело больного мужчины. Диагноз 37-летнего Михаила Ланцова — «туберкулез позвоночника». Его мама уверена, что жизнь сына можно было спасти, если бы не равнодушие врачей скорой помощи. Трагедия произошла в конце июня, но только сейчас женщина нашла в себе силы предать огласке эту ситуацию. Мама Михаила Людмила Ланцова рассказала 63.RU о болезни своего сына и о той роковой ночи.

— До сих пор не могу прийти в себя, — вздыхает женщина

— До сих пор не могу прийти в себя, — вздыхает женщина

Поделиться

«Врачи сказали, что вместо позвоночника у Миши была каша»


В детстве Миша был обычным ребенком. Он родился в семье врача — медиком был отец мальчика. И мужчина старался по возможности закалять ребенка. Такие «процедуры» нравились и сыну.

— Однажды приезжаю на дачу, снег лежит, а сын (ему тогда было года 4) бежит радостный встречать меня к калитке босиком. Я на мужа: «Как ты не доглядел? Почему он разутый?! Ты же его простудишь!» А он мне отвечает: «Я его закаляю». Я, конечно, очень переживала по этому поводу, ворчала на супруга, — вспомнила один эпизод из детства Миши его мама.

Миша и его отец были очень дружны

Миша и его отец были очень дружны

Поделиться

Отец мальчика погиб, когда мальчику было 13 лет. И с тех пор Людмила и Михаил остались вдвоем. Чтобы поднять сына в непростые 90-е годы женщина занялась предпринимательством. Годы шли, Миша рос. Каким-то слишком слабым и изнеженным он не был, болел не чаще других, занимался спортом, увлекался восточными единоборствами.

Людмила бережно хранит детские фото сына

Людмила бережно хранит детские фото сына

Поделиться

В 2009 году после развода с женой Михаил оказался на Дальнем Востоке. Там он провел семь лет. Людмила рассказала вкратце, что он работал в порту и постоянно жаловался на холод. Связь с матерью поддерживал регулярно, но о туберкулезе легких, который у него развился после пневмонии, не сообщил.

— Видимо, боялся огорчить, он же знал, что я сумасшедшая мать, я брошу работу (а тогда у меня было два магазина) и приеду на Дальний Восток. О диагнозе я узнала в 2016 году, когда у него уже начались боли в позвоночнике. Это был как гром среди ясного неба! Конечно, я кинулась за ним. Перевезти его с Дальнего Востока в Самару было очень сложно! Ни один авиаперевозчик его не брал, я обращалась во все авиакомпании. Напугана была очень. Мне хотелось быстрее довезти сына до дома и начать лечить, а тут такие проблемы! В итоге согласился только «Аэрофлот». Я выкупила 7 кресел — одно себе и 6 ему, сидеть Миша тогда уже не мог. Его отгородили перегородкой от других пассажиров — так и летели. У сына тогда была температура 39, пролежни, которые уже текли, и мне никто ничего толком не мог сказать и помочь, — рассказала Людмила Александровна.

В начале болезни Михаил очень сильно похудел

В начале болезни Михаил очень сильно похудел

Поделиться

В Москве самолет до Самары Ланцовым пришлось ждать около шести часов, так как Людмила не хотела перевозить сына в другой аэропорт, а в этом аэровокзале ближайший рейс на Самару был как раз через шесть часов. Всё это время Михаил лежал на лавках в зале ожидания, а время тянулось бесконечно. Но прилетом в родной город мытарства семьи не закончились.

— Чтобы довезти Мишу до дома, мне пришлось нанимать частную перевозку. Дорога из Курумоча на 116 км обошлась в 16 тысяч рублей, — вспомнила женщина.

Впереди Михаила и его маму ждали бесконечно долгие недели лечения.

— Несколько месяцев мы пролежали в противотуберкулезном диспансере. Сначала в легочном отделении — лечили туберкулез легких, потом уже из легочного Мишу перевели в другое — и начали лечить туберкулез позвоночника. Так я узнала, что бывает, оказывается, туберкулез разных органов, а не только легких. В 2017 году мы получили квоту на операцию в Питере, — рассказала мама Михаила.

В больнице мать и сын провели вместе больше четырех месяцев, мужчина перенес три операции. Людмиле разрешили жить с сыном в палате, потому что она помогала санитаркам мыть полы, подмывать лежачих больных, разносить еду.

— Врачи рассказали, что когда разрезали Мишину спину, то увидели вместо позвоночника буквально кашу — целыми были только четыре позвонка. Ничего нельзя было сделать. Хирурги вычистили эту кашу, удалили одно ребро, сделали из него импланты, вставили в позвоночник титановую решетку, чтобы руки работали. А вот пятки Мишины буквально прилипли к ягодицам — были согнуты в коленях, разлепить я их никак не могла. Это была мука и для него, и для меня. Оба сильно переживали, — поделилась воспоминаниями Людмила Александровна.

— Это была мука и для него, и для меня. Оба сильно переживали, — вспоминает Людмила Александровна

— Это была мука и для него, и для меня. Оба сильно переживали, — вспоминает Людмила Александровна

Поделиться

«Почему врач скорой помощи не оказала никакой помощи моему сыну?!»


После возвращения из Санкт-Петербурга Ланцовы попытались привыкнуть к жизни в новых условиях. Удавалось непросто. Людмила была вынуждена оставить работу и заняться уходом за сыном, а он ему требовался практически ежеминутно. Тогда они обитали в коммунальной квартире на втором этаже пятиэтажки без лифта. И невысокая хрупкая женщина просто физически не могла спускать взрослого мужчину на улицу.

На новой коляске Михаил успел выехать на улицу только один раз

На новой коляске Михаил успел выехать на улицу только один раз

Поделиться

— Я просила для нас специализированное жилье, куда селят паллиативных больных, но нам сказали, что не положено. Пришлось продать комнату и купить однокомнатную квартиру на другой улице. Мы жили на две пенсии — моей и его по инвалидности (у Миши была первая группа) — и позволить себе чего-то большего не могли. Лекарств ему требовалось очень много — пил по 40 таблеток в день. В районной поликлинике нам выдавали морфин, за что я очень благодарна врачам и медсестрам. Ходила за таблетками раз в неделю. А теми лекарствами, которые не могли купить, обеспечивал благотворительный фонд «Евита», в котором заботились о Мише, несмотря на то, что фонд для детей, а он уже взрослый, — отметила Людмила Ланцова.

Так мать с сыном и жили. По словам Людмилы, у Михаила не работали ноги, но прекрасно работала голова. Мужчина много времени проводил в интернете, там он познакомился с девушкой, подыскивал материалы для ремонта в новом жилье, читал про выписанные лекарства, изучал варианты своего возможного восстановления.

Дома у Ланцовых накопилось несколько папок с историей болезни Михаила

Дома у Ланцовых накопилось несколько папок с историей болезни Михаила

Поделиться

— Мише было интересно жить, он руки не опускал. А однажды загорелся найти клинику, где ему поставили бы силиконовый позвоночник. Через Москву нашли два варианта — в Израиле и в Германии. В Израиле сказали сразу, что пациентов с туберкулезом они не берут. А в Германии назвали такую баснословную сумму — 3000 не то евро, не то долларов. А где их было взять?! Поэтому пришлось смириться и довольствоваться тем, что предлагают в России, — вспомнила то время женщина.

Состояние Михаила в целом было стабильное.

— Нам, конечно, сказали, что позвоночник новый не вырастет, но о том, что это болезнь смертельна, никто не говорил. Он бы жил да жил, ухаживать ведь было кому. Тем более за 10 дней до смерти он сдавал анализ крови и мочи — и они были хорошие, такого исхода ничего не предвещало, — подчеркнула с горечью Людмила Ланцова.

— Почему врач не оказала сыну помощь? — разводит руками женщина

— Почему врач не оказала сыну помощь? — разводит руками женщина

Поделиться

Первый приступ с ее сыном случился в 2019 году.

— Он потерял сознание, начал биться руками от стены, кричать. Я испугалась за него невероятно. Вызвала скорую, врачи приехали, осмотрели его, сделали какой-то укол — и он отошел. Второй такой же приступ случился в 2020 году. И снова медики скорой помощи сделали укол — и он пришел в себя. К сожалению, не запомнила название препарата, — корит себя Людмила.

Роковой приступ случился вечером 29 июня. По словам Ланцовой, ее сын снова потерял сознание, стал биться, стучать руками в стены, кричать, рычать, как медведь, высовывать язык до подбородка.

— Я пробовала давать ему воды, маленькие кусочки арбуза, но потом поняла, что этим не помогу. Вызвала скорую помощь. Машина приехала быстро. Пришли две девушки — врач и медсестра. Я дала врачу документы, где написан диагноз Миши, какие препараты он принимает. Врач довольно жестко мне сказала: «Я работаю 24-й час, я очень устала, рассказывайте». Ну я и рассказала, как могла, даже не помню, что говорила, сама волновалась очень. Михаилу измерили давление — 90 на 60, чуть ниже, чем обычно, и на этом всё, — со слезами вспомнила события той роковой ночи Людмила Александровна.

— После смерти Миши квартира опустела, — вздыхает его мама

— После смерти Миши квартира опустела, — вздыхает его мама

Поделиться

Дальнейший диалог с врачом навсегда останется в памяти женщины:

— Врач спросила: «Вот мы его сейчас увезем на обследование, а как вы поедете назад? Обратно мы не возим». Я ответила, что придумаю что-нибудь. Врач снова задает мне вопрос: «А кто его понесет в скорую?» А на улице не было ни одного мужчины. Я никого не знаю в этом доме, не знаю, в какие двери стучатся, и меня никто не знает. Я растерялась и спрашиваю у нее: «Что же мне делать?» Она мне ответила: «Я не знаю. Что я могу сделать, если он на морфине». И они ушли. А я ведь не просила обезболивать, хотела узнать причину приступа и принять меры.

Михаил прометался по кровати до утра. Около пяти часов он начал затихать, Людмила Александровна почувствовала неладное и еще раз вызвала скорую. По приезду медики сделали мужчине кардиограмму — и аппарат показал ровную полоску. Сердце Михаила остановилось.

В квартире хранится много фотографий Михаила в рамках

В квартире хранится много фотографий Михаила в рамках

Поделиться

— Ведь в двух предыдущих случаях врачи смогли же его спасти! Я уверена, что и в этом случае ему можно было помочь. Может быть, надо было врачу на первой скорой вызвать реаниматологов, кардиологов, если сама не разобралась в ситуации. И еще вопрос — почему же на скорой помощи у врачей такая нагрузка, что к концу смены они не могут адекватно оценить ситуацию и помочь людям?! И еще интересует, почему в Самарской области нет паллиативной скорой помощи для взрослых, она же необходима, — задалась вопросом Людмила Александровна.

Теперь женщина не представляет, как будет жить дальше — с сыном они были очень близки.

— Во всем городе были мы вдвоем, — подчеркивает героиня публикации

— Во всем городе были мы вдвоем, — подчеркивает героиня публикации

Поделиться

— Во всем городе мы с ним вдвоем. Все родственники, когда я работала на хорошей работе и помогала им, были рядом. А в последние годы даже не звонят. Мы были близки с Мишей духовно, я во всем с ним советовалась. И он без меня не мог. Если я уходила и где-то задерживалась, то он звонил и спрашивал: «Мама, ты где? С тобой ничего не случилось?» Он знал, что у меня больная спина и всё время волновался за меня, целовал мои руки. Миша был очень добрый, готов был отдать последнее, чтобы помочь друзьям, даже уже когда болел, — не сдержала слез Людмила Ланцова.

Она призналась, что до сих пор не может выкинуть папки с историей болезни сына и оставшиеся лекарства.

— Не могу предать его память, — говорит убитая горем мать.

В телефоне Людмилы множество фотографий сына разных лет

В телефоне Людмилы множество фотографий сына разных лет

Поделиться

«Мечтал погулять по набережной с красивыми девчонками»


— В связи с появлением информации о неоказании помощи пациенту сотрудниками службы скорой медицинской помощи, специалисты министерства начали проверку, — сообщили в Министерстве здравоохранения Самарской области.

Прокомментировала ситуацию и исполнительный директор благотворительного фонда «Евита» Ольга Шелест:

— Многие медики не знают, чем помочь паллиативным пациентам. Поэтому мы постоянно говорим о том, что в Самарской области нужен хоспис, в котором умирающие пациенты и их близкие смогут достойно встретить смерть, подготовиться к этому и в трудную минуту найти поддержку у тех, кому не всё равно. Паллиативная помощь всё же отличается от медицинской, в этом нет сомнений.

Знала Ольга Шелест и Михаила. Вот что Ольга рассказала о мужчине:

— Мы с Мишей виделись несколько раз, я приезжала к ним гости. Он мечтал погулять по набережной в окружении красивых девчонок. Но и это было ему недоступно. Мы так и не смогли найти волонтеров, которые вынесли бы Мишу на улицу, довезли бы до набережной, уложили бы на коляску и прокатили. У Миши было потрясающее чувство юмора. В нашем чате «Ты не один» он тоже был, хотя там только мамы паллиативных детей. И иногда он объявлялся там с шутками и словами поддержки.

Автор

оцените материал

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ7
  • ПЕЧАЛЬ39

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Хочешь быть в курсе событий, которые происходят в Самаре? Подпишись на нашу почтовую рассылку
Загрузка...
Загрузка...