13 декабря пятница
СЕЙЧАС -11°С

«Они неизлечимы, но они живут»: главврач самарского хосписа о своей работе и пациентах

Почему жизнь побеждает смерть?

Поделиться

Пациенты самарского хосписа на прогулке

Пациенты самарского хосписа на прогулке

Если человека нельзя вылечить, это не означает, что ему нельзя помочь. Таков главный девиз автономной некоммерческой организации «Самарский хоспис». Ежесекундно здесь жизнь и смерть ведут между собой борьбу. Да, физически побеждает смерть, но жизнь оказывается непобежденной, потому что вечна, как и любовь.

Почему? Ответ в нашем интервью с главным врачом хосписа Ольгой Осетровой.

Ольга Васильевна говорит, что ее работа трудная, но очень нужная

Ольга Васильевна говорит, что ее работа трудная, но очень нужная

— Ольга Васильенва, миссия врача — лечить людей. Но большинство ваших пациентов на ваших глазах уходят из жизни. Как с этим мириться? Вам никогда не хотелось бросить работу в хосписе?

— Желание оставить работу посещает меня периодически. Как врач хосписа я вижу множество ситуаций, от которых действительно можно истощиться. Но провоцируют такое желание не эти ситуации.

Пятиминутка между обходами

Пятиминутка между обходами

Я ведь еще и руководитель, который сталкивается с огромным количеством внешних преград. Мы — не государственный, не коммерческий хоспис. Государство частично нас финансирует, но на конец любого года мы выходим с нулем, и хоспис борется за свою жизнь ежечасно и ежегодно. И бросить всё чаще всего хочется оттого, что нет уверенности. От этого трудно работать, а не от сложности ситуаций или людей.

Есть главный мотив продолжать эту работу. Нужно всего лишь ответить себе на три вопроса: «Ты видишь, что помощь реальна? Ты умеешь ее оказывать? Твоя помощь необходима?».

Если на все три вопроса ты отвечаешь «да», то остальные обстоятельства не важны. Когда ты приходишь в дом, где хаос, страх и боль, и в твоих силах унять эту боль, помочь, отогнать страх… Как же можно уйти, если мы совершенно необходимы?

Медицинский пост

Медицинский пост

— Я заметила, что вы избегаете слова «умирающий». Это какое-то негласное правило хосписа?

— Мы медики, но прежде всего мы люди. Мы слова «умирающий» не боимся, мы говорим: «Ваш близкий умирает». Но только, когда это уже факт, когда остались часы. Наши пациенты — тяжелобольные. Да, они скоро умрут. Но не сейчас. Они неизлечимы, но они живут. Они не умирающие.

Шкаф с медикаментами

Шкаф с медикаментами

 — У всего в жизни есть цена. Труд персонала должен оплачиваться, больные хорошо питаться. Казалось бы, без благотворительной помощи вам не выжить. Но на входной двери я видела объявление, что в момент пребывания больного в хосписе пожертвования родных и знакомых запрещены. Почему?

— Это очень просто. Люди, которые к нам обращаются, уже сталкивались с «пожертвованиями». В некоторых детских садах, школах, больницах существуют немалые поборы, которые вроде бы добровольны, но по существу являются завуалированной платой.

В хосписе очень важно, чтобы пациент чувствовал себя принятым просто так, потому что он Человек.

Разговор по душам

Разговор по душам

Когда-то у нас лежал Георгий Ратнер, известный хирург, заведующий кафедрой медицинского университета. Лежал в обычной палате, рядом с простым грузчиком. К Ратнеру приходили с кафедры и очень уговаривали его перейти в другую клинику, предлагали круглосуточный пост, одноместную палату.

— Да, всё это важно, — сказал Георгий Львович, — но там я буду Ратнер, а здесь я — Человек. Просто человек, которому нужно помогать.

Вот эта бесплатность помощи дает возможность любому — бедному, богатому — чувствовать себя просто человеком.

«Почувствовать себя человеком»

«Почувствовать себя человеком»

У нас запрещены не только пожертвования. Запрещены шоколадки в карман, 50 рублей за укол. Здесь не берут ни копейки, ни с бедных, ни с богатых.

Каждый человек уникален. Это наш принцип. Ты — это ты. Мы тебя любим в любом случае. Ты нам важен, и мы будем тебе помогать, независимо от того, кем ты был, каким ты был, велико или ничтожно твое состояние.

— В вашем стационаре всего четыре койки. Я знаю, что на госпитализацию существует очередь. Люди, облеченные властью, пытаются устраивать кого-то вне очереди с помощью «телефонного права»?

— Знаете, когда обращаются в хоспис? Когда уже никто не может помочь, когда ресурсы исчерпаны. Недавно у нас лежал очень известный в области человек. Он провел у нас свои последние десять дней жизни. Имело ли значение «телефонное право»? Нет. Потому что его положили после того больного, который нуждался больше. Но при этом его положили раньше двоих, что были в очереди впереди него. Потому что он нуждался больше них. То же случилось бы с любым.

В хосписе пациенты живут обычной жизнью

В хосписе пациенты живут обычной жизнью

— Как же вам удается говорить «нет», когда просят сверху?

— Твердость помогает не нарушать принципов. Мы никому не лжем. Но мы и не оставляем в беде. Если бы мы сказали «нет» и не пришли — это одна ситуация. Но у нас есть выездная служба, помощь на дому — это хорошая защита. Ежедневно наши бригады навещают дома десятки больных.

— Говорят, умирая, люди жалеют о том, что мало любили и мало путешествовали. Так ли это? О чем жалеет человек, стоящий на пороге смерти?

— У каждого из нас свои ценности. Некоторые умирают так же, как и жили, не признавая того, что происходит. Так бывает. Часть людей действительно о чем-то жалеют. Часть пересматривают свою жизнь и приходят к Богу.

Жалеют те, кто не примирился с собой. Да, все люди проходят эту фазу, понимания неизбежности собственной смерти. Но в отличие от тех, кто умер скоропостижно, у наших пациентов есть время и возможность что-то исправить.

Палаты уютные

Палаты уютные

Жалеешь ты о том, что обидел кого-то? Ты можешь с ним помириться. Жалеешь, что мало общался с ребенком? Ты можешь попросить прощения. Такая особенность онкологического пациента: если он готов пересмотреть ценности, у него есть на это время.

У меня была молодая пациентка, с очень хорошей семьей, заботливым мужем, любящей дочкой. Муж всё это время был в отрицании того, что нужно попрощаться: «Нет, я должен говорить, что мы справимся, мы это всё пройдем, что следующим летом мы поедем туда-то...» Эта женщина могла поделиться самым сокровенным только с 16-летней дочкой. Она говорила ей: «Мы сейчас прощаемся, но мы с тобой обязательно увидимся. Я тебе вот об этом хочу рассказать, об этом.... Когда ты родишь, то будет вот так…»

Муж этого не принимал. У нас с ним были достаточно прохладные отношения. Он считал, что я поддерживаю в ней мысли о смерти. Хотя на самом деле я поддерживала в ней мысли о жизни.

Медперсонал хосписа всегда приветлив

Медперсонал хосписа всегда приветлив

Прошло время, и у него в аварии погибает брат-близнец. И вот мне звонит этот человек и просит о встрече. Он приехал ко мне, встал на колени и попросил прощения:

— У меня было время сказать ей: «Я тебя люблю», сказать ей: «Прости меня», сказать ей: «Я тебя за всё прощаю». Но я не был к этому готов, я не был зрелым человеком. Сейчас, когда я в одну секунду потерял брата, мне гораздо тяжелее. Тяжелее оттого, что всё так внезапно. А вот с Леной я сам сделал так, что она уходила с дочкой, но без меня. Я был на другой стороне, махал и звал ее, но у нее не было лодки… С братом у меня не было такой возможности.

«У наших пациентов есть время сказать добрые слова своим близким»

«У наших пациентов есть время сказать добрые слова своим близким»

Время, которое дано нашим пациентам, должно быть использовано на такие вещи. На то, чтобы о чём-то пожалеть, но не с сокрушением, а с возможностью исправить, с покаянием.

Хоспис расположен в небольшом пристрое к клинике «Мать и дитя» на Гагарина

Хоспис расположен в небольшом пристрое к клинике «Мать и дитя» на Гагарина

Подписывайтесь на канал 63.ru в Telegram и читайте главные новости Самары раньше всех.


Инесса Панченко

оцените материал

  • ЛАЙК 0
  • СМЕХ 0
  • УДИВЛЕНИЕ 0
  • ГНЕВ 0
  • ПЕЧАЛЬ 0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Гость
8 мая 2018 в 16:18

Хорошая статья на очень и очень тяжелую тему. И очень тактичная.

Гуру
8 мая 2018 в 15:15

Хоспис на 4 пациента... Грустно это. Реальная потребность в этом гораздо больше, надо уделять внимание паллиативной помощи. Не все ж физически и морально готовы помогать своим родственникам (кто-то работает, кто-то ребенка на ноги ставит, кто-то пьянствует, и пофиг на умирающих. всякие ситуации бывают). Считаю, должен быть настоящий центр.

Гость
11 мая 2018 в 10:41

Когда уже разрешат эвтаназию?!!