30 самарцев

За полтора месяца 2010 года в дорожной отрасли произошло много событий, многие из которых напрямую коснулись самарских автомобилистов. К нашему сожалению, не обошлось и без трагических происшествий, в которых погибли люди. Естественно, такие вещи сказываются на общем настроении, и порой садиться за руль становится страшно, когда видишь, какие ужасы творятся на наших дорогах. Но не будем печалиться и оставим все плохое в прошлом. Мы считаем своим долгом не только информировать вас, но также заряжать позитивом. Поэтому мы вновь предлагаем вашему вниманию веселый рассказ об автожизни нашей губернии. Сегодня речь пойдет о людях, которые борются за сохранение исторического облика Самары. *** – Я люблю свой город, – сказал Леонид и в очередной раз обвел взглядом окрестности. Он стоял на карнизе одного из зданий на Хлебной площади. Ветер яростно хлыстал по лицу могучего лидера протекторов родного края, покрытому шрамами, полученными в многочисленных сражениях за святую землю. Его синий плащ с изображением герба Самары развивался, и казалось, что дикая коза на рисунке гордо скачет в неизвестность. – Я так его люблю, – прошептал Леня, и по его щетинистой щеке покатилась скупая слеза. Воин стыдливо вытер соленую каплю рукавом куртки и обернулся к своим бойцам. Три десятка людей в серых мантиях издали восторженный возглас. Они знали, что сейчас вожак скажет слово. – Братья и сестры, – сказал Леонид, положив руки на пояс. – Я счастлив вести вас в бой сегодня. Гордитесь тем, кто мы есть, и никогда об этом не забывайте. Через несколько секунд на эту площадь придут эти «техно-варвары», которым чужды такие понятия, как историческая ценность и памятники культуры. Они придут, чтобы изуродовать нашу землю, построить тут небоскребы, парковки, гостиницы. Ведь мы жили здесь десятилетиями, ночевали у костров в наших обветшалых домах и были счастливы. Не дадим супостатам насиловать святую землю мерзкими машинами. Вы готовы к войне?!! Леня издал дикий, свирепый рев и поднял кирпич над головой. Да, это был тот самый легендарный камень, который воин бросил в автомобиль одного из чиновников, приехавших осмотреть местность под строительство небоскреба несколько лет назад. Леонид до сих пор помнил пьянящий вкус победы, когда его товарищи взобрались на крыши домов и стали бросать камни в захватчиков, по примеру лидера. Он помнил, как уносились вдаль машины народных избранников. Но «техно-варвары» оказались весьма настойчивыми, они приезжали вновь и вновь. Патриоты пережили много яростных схваток, оберегая свою землю. Леня закричал снова, и двое человек в мантиях рухнули на землю без чувств. – Кто это? – спросил лидер, брезгливо наморщившись. С выбывших из строя бойцов снял капюшоны. Под ними оказались прыщавые очкарики, лица которых побелели словно мел. – Ах, эти. Я знал, что на них нельзя положиться, – Леонид сплюнул и глубоко вздохнул. – Унесите их с глаз моих. Слабаки! В ту же секунду по земле прошел гул и старенькие здания начало трясти. – Архитекторы! – процедил Леонид сквозь зубы и его кровь закипела. – Ну идите, мы готовы. *** – Но ведь есть же другой способ? – не унимался Максим Петрович. Он вместе с коллегами ехал в просторном бронированном лимузине. Несмотря на удобства, в машине было весьма душно, и чиновнику приходилось постоянно протирать вспотевший лоб платком. Его коллеги из мэрии и самые респектабельные архитекторы Самары-Сити также тяжело переносили поездку. – Да нет его, другого способа. Все перепробовали. Но эти аборигены разговаривают на давно забытом русском языке, тогда как весь мир давно перешел на межконтинентальный. Мы присылали переводчика, он объяснял, что небоскребы в том районе необходимы, население города растет, увеличивается транспортный поток. Мы же не китайцы, чтобы миллиардами ютиться на клочке земли, – сказал Валентин Юрьевич. – И что переводчик? – спросил Максим Петрович, хотя ответ знал заранее. – Закидали кирпичами, что же еще, – сообщил Валентин Юрьевич с грустью. – Кошмар! Ну раз больше ничего не остается... *** Строители и представители власти прибыли на площадь ровно в назначенный срок – 11:00 по евро-московскому времени. Их ждали. Патриоты расположились на крышах домов вокруг Хлебной площади и крепко сжимали кирпичи в руках. Леонид вышел в врагам в одиночку. Он стоял возле открытого колодца и смело смотрел на приближающихся к нему посланников. Тракторы рабочих и машины чиновников остановились в 100 метрах от площади. Их было трое. Робкий переводчик, который боязливо трясся под суровым взглядом дикого человека, а также двое народных избранников, решившихся на последнюю попытку прийти к консенсусу с непокорным народом. Чужаки встали между колодцем и Леней. Один из них, седовласый старик в черном смокинге, заговорил на странном и непонятном Леониду языке. Переводчик принялся за свою работу. – Послушайте, пора заканчивать с этой дикостью. Вы что не понимаете, как важен этот участок для Самары-Сити? Сотни людей смогут жить здесь в комфорте, пользоваться нормальным транспортом. Подчинитесь нам и станьте частью нового города, частью будущего! – сказал переводчик и затаил дыхание. Наступила тишина, «техно-варвары» ждали ответа вожака патриотов. Леня оглянулся и посмотрел на своих людей. В ответ его воины лишь покачали головами. Леонид набрал в грудь побольше воздуха и с криком: «Это Самара!» – толкнул Максима Петровича в колодец. Переводчик и Валентин Юрьевич развернулись и побежали к машинам, словно настоящие спринтеры. Из недр колодца раздалась отборная брань человека, которого только что толкнули туда. Патриоты с боевым кличем начали обстреливать технику чужаков кирпичами. И они были близки к победе, но случилось непредвиденное. Двое защитников, которые упали в обморок и избежали схватки, предали героев. Они провели строителей тайной тропой на другой конец площади, где не было патрулей протекторов. И жуткие машины принялись за работу... *** – Так все и было дед? – спросил маленький Коля. Они вместе с дедушкой стояли на балконе на 30 этаже огромного небоскреба и смотрели на Волгу. – Да, внучек, это было именно так. Нас было 30, и мы сражались за родную землю до конца, – вздохнул старый Леонид Александрович. – Это было так давно. И пусть Самара больше никогда не будет прежней, но сердца наши остались непокоренными. Пойдем ужинать. Ребенок и старик вернулись в квартиру. Перед тем как зайти внутрь, Леонид бросил печальный взгляд на потрескавшийся кирпич, который лежал на табурете в дальнем конце балкона. Тот самый легендарный кирпич.