Елена Мордвинова, директор самарского филиала НОУ учебная группа «Знание-Центр»: «Иностранные работодатели просто не понимают российских дипломов»

В России зарубежное образование всегда считалось очень престижным. Зачастую сам факт получения человеком иностранного диплома является существенным аргументом для любого работодателя. Отправиться на учебу в заграничный университет помогают специализированные агентства, которые способны не только подобрать оптимальное образовательное учреждение, но помочь определиться человеку в своих предпочтениях. О специфике этой работы рассказывает директор самарского филиала НОУ учебная группа «Знание-Центр» Елена Мордвинова. – Насколько активно самарцы едут получать образование за рубеж? – Всплеск интереса к стажировкам по языковым программам мы наблюдаем в весенне-летний период. Год от года число желающих улучшить свои знания иностранного непосредственно в языковой среде увеличивается примерно на 5-10%. Наша компания отправляет ежегодно 300-350 студентов на обучение за рубеж по различным программам – это получение языкового, среднего, высшего и профессионального образования. – Какие программы по обучению за рубежом сейчас пользуются наибольшей популярностью у самарцев? – Прежде всего, это «Английский+» – изучение языка с каким-либо дополнительным курсом. Это может быть, например, археология, верховая езда, гольф, садоводство, ароматерапия и многое другое. В сертификате, который студент получает по окончании такой языковой программы указывается, что он прошел языковой курс и дополнительно изучал какой-либо предмет еще по какой-либо дисциплине. Это увлекательный и необременительный учебный процесс. Кроме того, это отличная возможность расширить круг своих друзей за рубежом. Что касается академических программ, то из них наибольшей популярностью пользуется магистратура в Великобритании и США по менеджменту, финансам, экономике и праву. Этот интерес вполне объясним в силу востребованности специалистов именно международного уровня. – Сейчас очень модно обучение по программам МВА. Насколько охотно самарцы учатся за рубежом управлению бизнесом? – Интересуется МВА гораздо большее количество людей, чем обучается. Во-первых, этот термин часто путают со степенью магистра по различным специальностям. Во-вторых, получение профессионального образования МВА предполагает, что человек имеет как минимум двухгодичный опыт топ-менеджерской работы в российской компании. Кроме того, люди, которые готовы получить это образование, зачастую просто не могут оставить свой российский бизнес на год-два обучения за рубежом. За это время их бизнес просто потерпит крах. Но, тем не менее, претенденты на такое обучение всегда есть, и это одна из популярных программ. – Бывают ли какие-либо причины, по которым вы отговариваете клиентов от поездки на обучение за рубеж? – Как правило, мы не отговариваем, а выясняем, что человек хочет в итоге получить от образования за рубежом. Когда к нам приходит человек и говорит, что желает изучить английский в Великобритании, мы сразу задаем вопрос: для чего ему нужен язык. Первые консультации у нас длятся по полтора-два часа. Сначала мы выясняем мотивацию – зачем человеку нужен английский и почему он хочет ехать именно в Великобританию. Конечно, иностранный очень хорошо учить в языковой среде. Для английского существует стереотип, что это либо США, либо Великобритания. Однако здесь следует учесть, что в посольствах этих стран зачастую требуют историю изучения языка (как долго им занимался потенциальный студент) и визовую историю. Допустим, человек пришел к нам в 25-26 лет и говорит, что изучал английский только в школе. Тогда мы начинаем объяснять, что если языковые навыки нужны ему не для карьеры, то в Великобританию ехать не зачем (тем более там такие сложности с получением визы). Можно изучить английский и в Европе, например, на Мальте. Мы не отговариваем, а начинаем переубеждать, что человеку стоит вначале получить визовую историю и историю изучения языка, поехав на Мальту или в Швейцарию. И уже после этого претендовать на обучение в Великобритании и США, которые очень щепетильно относятся к въезжающим иностранцам. Мы также смотрим, насколько дети или родители психологически готовы уехать за рубеж. Если видим, что человек не готов – начинаем даже отговаривать, так как контракт предполагает, что мы курируем студента во время его учебы. – С какого возраста ребенка можно отправлять на учебу за границу? – Если есть отважные люди – можно и с 2-3 лет. Но в нашей практике минимальный возраст составляет 8-10 лет. В это время родители уже готовы отправлять детей в языковые школы с нашим курированием, под которым подразумевается постоянная связь с образовательным учреждением и отчеты родителям. – Когда и как вы возглавили самарское представительство «Знание-Центр» и где вы работали ранее? – Самарское представительство я возглавила год назад. Это было очень интересное предложение со стороны знакомых. До этого я шесть лет отработала в международном отделе педагогического университета. Там была очень хорошая команда, и я получила опыт работы с иностранными делегациями по различным программам для студентов. С коллегами по международному отделу общаюсь и сейчас. Я до сих пор преподаю в педагогическом университете небольшой курс, который позволяет сохранять отношения с коллегами, связи в образовательной среде, и поддерживает меня в тонусе. В моей работе очень важно знать, что хочет передовая молодежь, чем она интересуется, увлекается и насколько востребованы те или иные образовательные программы. – Сколько языков вы сами знаете? – Из иностранных языков я владею только английским. Он нужен и в работе, и при организации свободного времени. Хотя сама я за границей не училась. – Вы пропагандируете образование за рубежом. А как вы относитесь к утверждению, что лучшее образование – у нас в России? – Очень хорошо. Иностранное образование я пропагандирую очень своеобразно. В этом вопросе у меня есть три основных идеи. Первая состоит в том, что созданная еще в СССР система российского образования (начальное–среднее–полное) – это отличная модель. То, что вкладывается в детей через учебники, процесс обучения, знания и опыт системы образования – это одно из самых замечательных достижений, полученных нами от Советского Союза. К сожалению, очень многие хорошие моменты мы сейчас утрачиваем. Но оставшийся нерушимым базис нашего образования – очень хороший. Во-вторых, я пропагандирую зарубежное образование на базе российского образования. На нашу радость, в «Знание-Центр» приходят талантливые и умные студенты. Иногда поражаешься, какой многогранной личностью является пришедший к нам, насколько высоки результаты его обучения у нас в России. Зачастую получается, что образование за рубежом наводит определенный лоск на уже имеющееся отечественное образование. Третий постулат – наши лидеры в экономике и политике стремятся к тому, чтобы Россия встала вровень с ведущими мировыми державами. Они начинают поддерживать молодежь. По крайней мере, делают первые робкие шаги в этом направлении. Государство сейчас создает условия для того, чтобы человек реализовывал себя в профессиональной деятельности, и это было по достоинству оценено. Конечно, многие уезжают из России, находят работу за рубежом. Утечка умов продолжается. Однако в ближайшее время ситуация может повернуться в другую сторону, и молодые люди не захотят там оставаться, а, получив образование, будут приезжать обратно на родину, потому что их здесь ждут. Руководители банков, фирм и других предприятий, заинтересованных в получении специалистов высокого уровня, предлагают нашим студентам хорошие контракты. Тем более, что присущий 80-90 годам прошлого века стереотип, что нам заграницей рады и ждут с распростертыми объятиями, постепенно разрушается. Многие наши студенты говорят, что после обучения обязательно вернутся в Россию, потому что им нравится здесь жить. – Насколько сильно различается образование, полученное в разных зарубежных странах, например, в Европе и США? В чем состоят отличия? – За рубежом давно устоялась система бакалавриата и магистратуры. Она едина для европейских стран и Америки, Австралии и Новой Зеландии. Отличия есть только в названиях. По возрасту почти все в ней совпадает. Основное отличие нашего образования от зарубежного в том, что в России до сих пор готовят специалистов. В нашем дипломе не указывается, что человек умеет делать, какую работу ему можно поручить. Поэтому на Западе не котируются наши дипломы, которые иностранные работодатели просто не понимают, а вовсе не наше образование. – Как дорого обходится образование за рубежом? – Цена варьируется от 2500 до 35 тысяч евро в год. Недешево, конечно, но это инвестиции в свое развитие либо в развитие своих детей. – Много ли у вас конкурентов в Самаре? Насколько, на ваш взгляд, этот рынок заполнен? – В Самаре у нас 5-6 компаний-конкурентов. Мы так или иначе друг с другом контактируем. Все работающие в нашей сфере фирмы имеют свои «фишки». Кто-то отличается лояльной ценовой политикой. Другие имеют 1-2 эксклюзивных направления, которых в Самаре больше ни у кого нет. Некоторые делают упор на комплексность. Есть агентства, которые кроме консультаций занимаются организацией всей поездки. То есть человек приносит по списку бумаги и через 2-3 недели получает все необходимые для въезда документы. Часть компаний специализируются на различных возрастных группах – одни делают лучше групповые поездки для школьников, другие специализируются на магистратуре. За счет такой комбинаторности получается, что мы друг другу особо сильно не мешаем. Хотя конкуренция все-таки есть – сфера деятельности у нас одна. В Самаре порядка 10-15% платежеспособных жителей готовы тратиться на образование. Эти люди периодически циркулируют между компаниями нашей сферы. Как правило, за иностранным образованием приходят не через рекламу, а по рекомендациям знакомых или мощным информационным выбросам в СМИ. – Каковы особенности самарского рынка языковых услуг? Чем он отличается от московского? – В Самаре, как и в других регионах, такая тенденция: приходящие люди не могут четко определиться в своих желаниях. «Я что-то хочу, но не знаю, что именно». Мы сидим и очень долго выясняем, что же все-таки потенциальный клиент желает получить. Число таких людей составляет ровно половину всех интересующихся. Получается, что в данном случае мы направляем человека к его же собственной мечте, потому что сформулировать ее он не может. В этом и заключается специфика рынка Самарской области. В Москве люди больше информированы, прагматичны и определены в своих запросах. – А вы любую мечту можете выполнить? Например, человек скажет: хочу поехать в Афганистан изучать язык этой страны. – Действительно, бывают разные запросы – Индия, Пакистан, Алжир. Это вопрос приоритета. Но образование везде ценится «золотое», классическое. Поэтому мы отобрали определенные страны, куда, во-первых, можно поступать через консалтинговые агентства. Второй момент – «Знание-Центр» отправляет студентов только в те университеты, с которыми компания заключила договора. Мы видим, в какие условия едут учится наши клиенты. К нам приезжают представители университетов, мы выезжаем к ним. При желании можем даже устроить клиенту тур, чтобы он посмотрел, в каких условиях ему придется учиться. Третий момент – это языковые программы. На них мы можем отправить человека в любую страну, где есть аккредитованные языковые школы, колледжи. Спектр здесь гораздо шире, чем по академическим программам. Но надо понимать, насколько это востребовано. Если есть спрос на Алжир и Пакистан, можно изучить предложение языковых школ этих стран. Однако заинтересованных в обучении языку в Алжире и Пакистане наберется не более двух человек в год. Зачем развивать в эту сторону бизнес, вкладывать средства в это направление? И еще хотелось бы особо подчеркнуть: мы не будем работать с теми странами, чье образование не востребовано ни у нас, ни в мире, где очень сложная социально-экономическая ситуация. – На ваш взгляд, есть вообще люди, у которых изначально нет способностей к языкам? – Изучить один иностранный язык может любой. Тем более, если мы говорим о современном поколении – тех, кто сейчас учится в младшей, средней или старшей школе и студентах. Конечно, в возрасте 30-50 лет нервные клетки головного мозга приходят в застойное состояние, но даже тогда можно выучить язык на разговорном, бытовом уровне могут 90% людей. Но владение иностранным для профессиональной деятельности все-таки требует определенных задатков, способностей, а также мотивации и трудолюбия. – Где бы вы хотели, чтобы ваши дети получили образование? – Сейчас мой сын Константин учится в четвертом классе. Изучает английский. Я считаю, что его можно будет отправить на учебу за рубеж, но только на базе нашего образования. Но тут еще надо будет решить несколько морально-нравственных вопросов. Все-таки 18 лет – не сильно большой возраст, а соблазнов вокруг много. Тем более, когда ты далеко от дома. Я не против того, чтобы после получения образования в России отправить его в Канаду. Однако там достаточно дорогое образование, хотя в этой стране есть возможность двухгодичной стажировки и изучения двух языков (английского и французского). Еще может быть интересна Чехия. Прежде всего тем, что чешский язык несложный. За год можно пройти подготовительный курс, а после поступления перейти в любой другой европейский ВУЗ. Да и само чешское образование через 10 лет будет интересным. В этой стране сильно политехническое, экономическое образование, хорошо преподают психологию и философию. Наиболее прагматичный вариант – магистратура в Германии. Там высшее образование фактически бесплатное. Мне бы хотелось сказать, что само образование – за рубежом или в нашей стране – не столь важно по сравнению с тем, кем и чем юноша или девушка станет. Можно быть потрясающим специалистом, но очень плохим человеком. Я не хочу, чтобы мой сын и его знакомые были бездушными хорошими специалистами.