Олег Давыдов, фотохудожник: «Могу отказаться от гонорара»

• Свой первый гонорар именно от фото я получил примерно через месяц после того как начал заниматься фотографией. Это была реклама для одного из самарских казино. Не помню сколько мне тогда заплатили. Это были небольшие деньги. Сам факт того, что мой снимок пошел в рекламу на баннер, тогда для меня был важнее.

• Я не езжу на Bentley. Фотографический труд – он такой, что своим трудом много не заработаешь. На мой взгляд, он вообще неадекватный. Я знаю сколько получают фотографы гораздо более низкой квалификации во Франции или Швейцарии. С заработками фотографов в России они просто не сопоставимы.

• Сто лет назад по уровню дохода профессия фотографа приравнивалась к уровню дохода хорошего предпринимателя сейчас. У них были огромные фотостудии, помощники, приспособления, аксессуары...

• Финансы для меня не играют в жизни определяющую роль. В моей жизни больше творчества. Они играют роль тогда, когда хочется приобрести дорогие аксессуары для съемок, сделать новые проекты.

• Фотография – это так же, как и кино. Есть коммерческие фильмы, есть некоммерческие. Бывает, что фильм имеет некоммерческий формат, но приносит коммерческую прибыль. И, наоборот, есть режиссеры типа Вуди Алена, которые снимают некоммерческие фильмы, но в них есть своя харизма.

• У меня нет однобокого стремления заработать или заниматься только творчеством. Мы все ходим по земле. Нам всем нужно есть, нужно кормить семью. Поэтому часто приходится искать компромиссы между творчеством и коммерцией. От этого ни куда не денешься. Особенно в жизни провинциального фотографа – приходится заниматься и тем, и другим. Но, мне удается делать свои творческие идеи коммерчески успешными. Я умею убедить заказчика в самых чумовых идеях и получить деньги на их реализацию.

• Я не считаю себя состоявшемся в финансовом плане. Не отношу себя ни к богатым, ни к бедным. Скорее, тот самый пресловутый средний класс.

• Для меня мерило финансовой состоятельности – возможность свободно делать то, что ты хочешь, продвигать те проекты, которые тебе интересны. Но в этом плане я несвободен, потому что большая часть заработка у меня уходит на обеспечение себя и своей семьи. У меня нет таких гонораров, которые бы за раз обеспечивали мне по полгода безбедной жизни.

• В этом году я сделал фотографии, которые пошли в такие известные журналы, как Vogue и Elle. В Италии за такие снимки платят по 18 тысяч евро. На эти деньги я бы мог месяца три делать все, что я захочу. Таких денег здесь не платят. Ментальность России такова, что люди могут ездить на дорогих машинах за 200 тысяч долларов и в это же время торговаться с продавцом зелени на рынке. Билл Гейтс явно не будет унижать себя такими вещами.

• Я за большие проекты, которые будут на слуху и будут интересны большому количеству людей. Это лучше, чем за 15 тысяч рублей делать стенгазеты, о которых никто не узнает.

• Иногда думаешь на что лучше потратить деньги – на личные цели или на шляпу, в которой можно будет модель сфотографировать. В конечном итоге покупаю шляпу. Человек должен понимать, что он живет тем, что остается после него. Это прописные истины, которые могут показаться пафосными, но они есть. Человек должен жить так, чтобы помнили его дела и поступки. Для фотографа это его фотографии, книги, календари. По ним можно судить об эпохе, делать какие-то умозаключения. Я считаю, это важнее.

• Хорошие деньги дали бы мне возможность делать уникальные проекты.

• Могу отказаться от гонорара, если меня не устраивает идея, если она противоречит моим принципам, если мне не нравится заказчик или мои работы будут упоминаться в каком-то недостойном контексте. Даже от очень больших денег. Есть у меня такая черта.

Считаю, что люди с деньгами сейчас немного одурели. Их чувство превосходства настолько болезненно, что они начинают управлять тобой, как компьютерной мышкой. Я могу сказать: берите фотоаппарат и снимайте сами. Я человек, самостоятельно мыслящий. И я не люблю, когда за мной перепроверяют. Иногда я сознательно выполняю работу, отказываясь от денег. Это не только благотворительные акции. Иногда могу просто сделать подарок людям, которые мне нравятся.

• Обвал фондового рынка меня никак не коснулся. У меня нет накоплений, и поэтому терять мне нечего. Я, если честно, не пойму, почему все так сейчас мечутся. Я занимаю здесь позицию среднего европейца, который если занимается розами, то ему плевать на все остальное.

• Что касается выбора банка, что здесь для меня важна надежность и профессиональный подход руководства к решению проблемных вопросов. В первую очередь кредитных. Для меня это два определяющих фактора.

• Творческие люди в нашей стране редко находят схемы, по которым можно зарабатывать. В основном все они с горящими глазами, но не с тугими кошельками. Здесь балом правит интерес, когда ты кайфуешь, когда тебе нравится то, что ты делаешь. Труд должен удовлетворять не физические, а духовные потребности. Я шел на это осознанно, поэтому не жалуюсь.

• Все копят деньги. Когда есть какие-то жизненные вопросы, мы ставим их в очередь. Сейчас мы купим это, потом – то. У нас в семье так же. Что-то нужно дочери, что-то жене, нужно сделать ремонт, поставить новые окна и так далее. Задачи бывают разные, и деньги на эти задачи тоже у всех разные. Одному хочется купить самолет, другому в феврале наконец-то поменять летние ботинки на зимние.

• Я считаю, что деньги должен тратить тот, кто их зарабатывает. Это нормально. Деньгам нужно знать цену.

• Я не жалею о нерациональных тратах. У меня очень четкое представление о том, что есть деньги, которые определяют что-то, и деньги, которые ничего не решают. Первый случай – это когда финансовые потери меняют жизнь, о них можно жалеть. Например, кто-то вложил все деньги в акции, а они обесценились. Все остальное – нет. Бывает, что хочется пойти и купить классный аксессуар. Мне очень нравятся на моделях цилиндры. Я мог бы его вырезать сам из бумаги, но его можно сделать на заказ, заплатив четыре тысячи рублей. Эти деньги не будут для меня определяющими, они не подорвут мое финансовое положение. Зато я знаю, что смогу с этим аксессуаром сделать много хороших с снимков. Он добавит моделям чего-то аристократичного.

• Я восхищаюсь богатыми людьми, теми, кто мыслит мировыми категориями. Но я восхищаюсь ими как фотограф. Мне интересно было бы сделать фотоснимок этого человека. Почувствовать потенциал этого человека. Мне интересно было запечатлеть его в его среде, посмотреть на то место, в котором он живет, на его ботинки, на то как он стрижется, что он носит.

• Кошелек у меня марки Davidoff. Ему 10 лет. Он был куплен мной в Швейцарии – это моя фотографическая родина. Именно там я стал фотографом. Этот кошелек до сих пор со мной и имеет практически свой первоначальный вид. Я считаю, что эта вещь от начала и до конца моя.