Юрий Мартышин, директор филиала «СМАРТС-САМАРА-GSM»: «В Новый год главное – хорошая компания, а не деньги»

Свои первые деньги я заработал лет в 14-15. В моем подъезде на пятом этаже жила очень хорошая семья, глава которой был мастером на ЗИМе. Он устроил меня, как тогда говорили по блату, работать в экспериментальный цех. Там я и заработал свои первые деньги. Это было летом на каникулах. За три месяца я получил больше, чем моя мать, которая работала инженером НИИ, которая контролировала нефтедобычу и нефтепереработку половины СССР. Сколько точно заработал тогда, не помню, но это были трехзначные цифры. Деньги я отдал в семью. Мой отец всегда говорил: «Самое главное – это отношение в семье. Будут хорошие отношения в семье – приложатся и деньги. Будет уважение, любовь, крепкий тыл – все остальное тоже приложится». • После института я устроился работать в «Ростелеком». Поехал в Уфу, поселился в общежитии. Как молодой специалист я рассчитывал на какие-то подъемные деньги. Но меня поселили в общежитие в деревне, в 60 километрах от Уфы, и не дали ни рубля. В кармане у меня был полтинник. На эти деньги купил себе макарон, масла, а люди, которые работали со мной дали мне ведро картошки. Я научился готовить из макарон восемь разных блюд и их уже видеть не мог. Вот тогда передо мной встал денежный вопрос. В то время мы очень часто выезжали монтировать антенны на ростелекомовских башнях, и я увидел у рабочих из монтажной бригады интересную традицию: как только зарождался месяц они брали самую крупную купюру, которая была в кошельке, выходили на улицу, показывали купюру месяцу, потирали ее и говорили: «Деньги водитесь!». Я тоже попробовал это сделать. И, знаете, ситуация начала выравниваться и макарон я больше в таком количестве не ел. • Когда я устроился работать в «СМАРТС», мне выдали служебный телефон Erisson. Это была здоровенная труба. Фактически она весила как пистолет. Когда я носил телефон в куртке, то он буквально оттягивал ее. Но я был очень горд им. Буквы на экране были высотой с сегодняшние телефоны, а текстовые сообщения читались долго, потому что на экране помещалось только несколько букв. Он мог падать с каких-то страшных высот, тонуть в воде и был абсолютно не убиваем. (Смеется.) До «СМАРТСа» я работал в компании «Янтарь».Это очень серьезное заведение, где нужно иметь определенный стиль, так как приходилось сотрудничать с серьезными структурами, например, федеральным центром информатизации при Центризбиркоме. Для статуса я купил телефон Nokia 8800 за 30 с чем-то тысяч рублей. Это был стальной железный телефон. Конечно, он поддерживал мой имидж, но я с ним жутко намучился. (Смеется.) Он не имел никаких особенных функций, а когда нужно было куда-то выезжать, то на морозе он постоянно вырубался от переохлаждения. Его приходилось возить вместе с батарей и постоянно батареи менять. С тех пор как я купил этот телефон, я понял, что выражение «понты дороже денег» не для меня. (Смеется). С тех пор у меня нормальный телефон, намного дешевле, намного функциональнее и удобнее. • Самым дорогим подарком на Новый год для меня было событие, когда мой пятилетний сын впервые встал на горные лыжи. Так как я сам лыжи люблю, то наблюдать за тем, как сын встал и поехал, было непередаваемым ощущением. Финансовый кризис особенно не повлияет на празднование нашей семьей Нового года. Но определенные мысли по экономии у меня голове, конечно, есть. Например, на Новый год я никуда не поеду. Но традиции кататься в новогодние каникулы на лыжах не изменю. Поэтому, думаю, что на Красную Глинку или в Казань я съезжу покататься. В Новый год главное, что должно быть, – это хорошая компания, друзья. В нашей компании новогодние подарки чисто условные и вовсе не дорогие. Главное – аура, которая присутствует внутри нашей компании. Это дорогого стоит. Основные траты в нашей семье это путешествия и встреча с друзьями. Здесь ни кто денег не считает. Если говорить о каких-то имиджевых вещах, то за ними мы не гонимся. • Несмотря на кризис, банкам я доверяю. Давно работаю с ВТБ, «Газбанком», Первым объединенным банком. Никаких изменений в моем отношении к ним не произошло. Кризис в России сегодня присутствует больше в головах людей. Деньги в стране есть. А то, что они сейчас находятся в определенных руках, переведены в доллары и играются на курсовой разнице, то это просто менталитет, психология и вопросы государственного управления. При выборе банка для меня важно удобство. Чем меньше я хожу в банк, тем лучше. Чем мне импонируют банки, с которыми я работаю, так это тем, что в них есть система просмотра электронных счетов, управление счетами, приветливый оперативный персонал. • На бирже не играл ни разу. Хотя в голове сидит желание, но пока то ли руки не доходили, то ли время не то. У меня есть знакомые, которые пробовали и выигрывали прилично, есть и те, кто просаживал все. Я же среди финансовых инструментов пока пользовался только банковскими вкладами, а с фондовым рынком дел не имел. Хотя и были такие предложения. • У меня всегда есть заначка. Можно заметить, что сколько бы люди ни зарабатывали, в определенный момент им всегда не хватает какой-то суммы, пусть даже небольшой. Вот как раз в этот момент и нужна заначка. Особенно когда находишься за рубежом, и деньги закончились. • Была ситуация, когда во время моей поездки в Бельгию накрылась система Visa, при чем во всей Европе. А моя пластиковая карта, на которой находились все наличные, как раз была системы Visa. Я мыкался с этой карточкой по всем банкоматам. Конечно, была легкая паника. Ни за гостиницу не заплатить, ни билет обратный не купить. Но во всей этой неразберихе работал один «Ситибанк». Я вышел на него в печали и тоске, и у меня получилось. Поэтому «Ситибанк» нас тогда спас. • Деньги дают мне свободу перемещения и свободу восприятия информации. И деньги, и ситуация, измененная в стране, позволили мне больше ездить по миру, смотреть то, как там строится жизнь, отношения. Я считаю это очень важно. После этого у меня в голове даже мир перевернулся. Плюс ко всему это возможность показать сыну, пока он еще маленький, как нужно делать и к чему стремиться. Деньги дают мне это, и я им благодарен.