Брокеры заблокировали бумаги всех акционеров «Южуралзолота» по решению суда

Советский районный суд Челябинска удовлетворил иск Генпрокуратуры РФ об изъятии в пользу государства доли «Южуралзолота» и других активов миллиардера, вице-спикера регионального Заксобрания Константина Струкова, его родных и окружения. Такое решение принято в пятницу, 11 июля. Эти события и приостановка торгов акциями ЮГК на биржах встревожили частных инвесторов. А их в настоящее время — более 220 тысяч. Наши коллеги из 74.RU обсудили с экспертами, что будет с держателями мелких пакетов акций, официально купивших их на биржевых торгах, чем грозит передел собственности в компании из топ-5 по производству золота в России и как эти события отразятся на фондовом рынке. Торги остановили, акции арестовали Российская золотодобывающая компания «Южуралзолото», принадлежащая миллиардеру Константину Струкову, попала в новостную повестку в начале июля на фоне обысков силовиков в офисах компании. В это же время Генпрокуратура подала иск о национализации доли основного акционера ЮГК, суд принял обеспечительные меры. Московская, а вслед за ней и Санкт-Петербургская биржи приостановили торги акциями «Южуралзолото ГК». А суд приступил к рассмотрению иска об изъятии активов собственника ЮГК Константина Струкова. Между тем некоторые владельцы ценных бумаг ЮГК начали сообщать об аресте акций компании у миноритариев. Люди говорят о недоступности любых операций с акциями «Южуралзолота». Хотя уже известно, что в иске Генпрокуратуры говорится об изъятии только доли мажоритарного акционера «Южуралзолото ГК» Константина Струков. Миноритарные акционеры (от французского minorité — меньшинство) — владельцы незначительных пакетов акций, вплоть до одной-двух ценных бумаг. Их доля в капитале компании — менее 50%. Мажоритарные акционеры (от французского majorité — большинство) — держатели крупных пакетов акций, позволяющих влиять на принятие решений. В российском законодательстве нет четкой границы между мажоритариями и миноритариями, всё зависит от соотношения долей в капитале акционерных обществ. В банках подтвердили ограничения со стороны брокеров ВТБ и Сбера, указав на обеспечительные меры суда. «Операции с акциями ПАО „ЮГК“ стали недоступны в связи с остановкой торгов на Московской бирже и на основании полученного судебного акта. Операции будут снова доступны после возобновления торгов и получения судебного акта, отменяющего ограничения», — сообщили 74.RU в пресс-службе Сбера, но потом ограничения были сняты: «Сняты ограничения на операции с акциями ПАО „ЮГК“, введенные ранее в связи с обеспечительными мерами по всем акциям ПАО „ЮГК“. Ограничения сняты на основании нового судебного акта, заменяющего ранее введенные меры. Биржевые операции с данными ценными бумагами будут доступны после возобновления торгов на Московской бирже», — сообщили в пресс-службе Сбербанка. Все действия банка соответствуют действующему законодательству и выполняются на основании официально полученной информации, акцентировали представители ВТБ. «Банк осуществил перевод ценных бумаг ПАО „ЮГК“ на отдельный раздел счета депо (счета в организации, ведущей учет прав собственности на ценные бумаги. — Прим. ред.) в соответствии с поступившими документами о принятии обеспечительных мер на основании судебного решения, — сообщили 74.RU в пресс-службе ВТБ. — В случае поступления в банк новых или обновленных документов, предусматривающих изменение ранее установленных ограничений, ценные бумаги клиентов будут автоматически возвращены на торговый раздел счета». «Худший вариант — если компанию „выпотрошат"» В текущих условиях эксперты не видят легального способа биржевым инвесторам избавиться от акций ЮГК. Биржа приостановила операции. Скорее всего, инвесторам придется ждать, пока ситуация с акциями ЮГК, размещенными на IPO и SPO, окончательно прояснится. При этом возможны разные сценарии развития дальнейших событий. «Формально рассуждая, претензии прокуратуры обращены только на акции, принадлежавшие Константину Струкову и членам его семьи. На 22% акций ЮГК, принадлежащих структурам Газпромбанка, и на 10%, принадлежащих миноритарным акционерам, купившим акции на бирже, вроде бы претензии не распространяются», — отметил аналитик финансовой группы «Финам» Алексей Калачев. «Южуралзолото Группа Компаний» (ЮГК) входит в топ-10 золотодобывающих компаний России: четвертое место по производству золота, третье в стране — по разведанным запасам. Активы включают месторождения в Челябинской области, Хакасии и Красноярском крае. Семья президента АО «Южуралзолото Группа Компаний» Константина Струкова владеет 67,85%, структура Газпромбанка — АО «ААА Управление Капиталом» — 22%, остальное — в свободном обращении. За 2024 год выручка ЮГК, по данным самой компании, выросла до 75,9 миллиарда, чистая прибыль составила 8,8 миллиарда рублей. Но после кейса СМЗ (Соликамский магниевый завод. — Прим. ред.) ни в чем нельзя быть уверенным полностью, добавил эксперт. Напомним, что сначала государство изъяло мажоритарный пакет акций Соликамского магниевого завода, а потом и все остальные акции СМЗ, включая торгуемые на бирже. «Изъятию акций у добросовестных приобретателей возмутился даже Банк России. Ситуация разрешилась компромиссом, когда новый владелец СМЗ — „Росатом“ — предложил заплатить компенсацию стоимости изъятых акций миноритарным акционерам. Надеюсь, после такого „урока“ власть не станет его повторять. Иначе это подорвет доверие инвесторов и ударит по масштабным планам проведения IPO целого списка компаний в ближайшие годы», — прокомментировал Алексей Калачев. Если дело ограничится только изъятием акций основного владельца, то, по словам эксперта, это относительно неплохой вариант. «ЮГК сменит собственника, но продолжит работать. Это в принципе интересная и перспективная компания с хорошими запасами и возможностью наращивать добычу золота после того, как она уже прошла через пик инвестиций в развитие, — объяснил Алексей Калачев. — Возможно, контроль над ЮГК будет передан какой-нибудь госкорпорации или продан заинтересованному отраслевому инвестору, и тогда ЮГК продолжит оставаться публичной компанией с листингом на бирже». По мнению аналитика «Финам», худший вариант — если компанию «выпотрошат», распродав в «нужные» руки ее лучшие добывающие активы, и оставят банкротиться с долгами. Алексей Калачев выразил надежду, что этого не произойдет. «Национализация может стать даже позитивной» Текущая капитализация ЮГК даже после обвала, связанного с основным акционером, составляет 106 миллиардов рублей, подсчитали эксперты. А еще неделю назад она было на уровне около 140 миллиардов. «Но самое интересное, что национализация компании для миноритариев может стать даже позитивной. Платить дивиденды ЮГК всё равно продолжит, а акции после панических распродаж могут запросто вернуться в район 68–70 копеек, а то и пойти выше, — отметил финансовый эксперт, автор телеграм-канала „Экономизм“ Алексей Кричевский. — Дело в том, что основной акционер в бизнес-среде — фигура сама по себе токсичная. В 2020 году к ЮГК „присоединили“ золотодобытчика „Петропавловск“, а сама сделка сопровождалась сильнейшим корпоративным конфликтом с основателем последнего. Следовательно, если дело будет выстроено так, что решается вопрос только о конфискации имущества самого Струкова, не будут затронуты миноритарии и обнулены результаты IPO 2023 года, то проблем с тем, что компания будет дальше торговаться на бирже, быть не должно». Несмотря на то, что метод выхода с биржи после национализации уже был «обкатан» на примере Соликамского завода, для ЦБ вариант с простой конфискацией был бы оптимальным, добавил Алексей Кричевский. «Процесс урегулирования конфликта с владельцами маленьких пакетов акций довольно тяжелый и растянутый во времени. К тому же сопряженный с финансовыми вопросами, поскольку прямо сейчас акции торгуются ниже цены размещения в 64 копейки», — указал эксперт. «Усиливает атмосферу неуверенности» В Ассоциации розничных инвесторов оценили риски ситуации с ЮГК как умеренные, так как покупатели акций компании на бирже не являются ответчиками по иску. «Важно понимать, что передача активов в госсобственность в связи с нарушением процедуры приватизации (как было в кейсе с ОАО „СМЗ“) и из-за предполагаемого несоблюдения ограничений, наложенных на собственника (как в ситуации с ЮГК) — это разные правовые механизмы», — сообщили в своем телеграм-канале представители Ассоциации розничных инвесторов. Но сам кейс назвали «очень чувствительным» для рынка в целом. «Возникающие риски для розничных акционеров, купивших акции компании, в том числе в ходе IPO 2023 и SPO 2024 года, могут существенно повлиять на будущий интерес инвесторов к IPO российских компаний и негативно отразиться на имидже фондового рынка в целом», — указали в Ассоциации розничных инвесторов. Сейчас рассматривается несколько дел в отношении владельцев или топ-менеджеров публичных компаний с вытекающими рисками и сложностями для розничных инвесторов. В частности, кейсы СМЗ, «Русагро», Домодедово, ТГК-14 и другие. «Все это усиливает атмосферу неуверенности среди розничных инвесторов и создает риски потерь вложенных в фондовой рынок средств. Так, розничные инвесторы до сих пор не получают купоны по облигациям в кейсе „Борца“ („Борец Капитал“ — структура нефтесервисной компании „Борец“, которая по иску Генпрокуратуры РФ перешла в госказну. — Прим. ред.)», — привели пример в Ассоциации розничных инвесторов. Кроме того, в таких ситуациях инвесторы теряют на закрытии маржинальных позиций, на эмоциональных сделках и на отрицательной переоценке, добавили эксперты. «Никогда такого не было — и вот опять» — афоризмом бывшего премьер-министра Виктора Черномырдина охарактеризовал сложившуюся ситуацию еще один эксперт, попросивший не называть его имени. «Такие события, как произошедшие с „Русагро“ и ЮГК, напоминают о риске пересмотра сделок для миноритарных инвесторов, вызывая волатильность в бумагах. Но критичного значения для всего рынка акций это не имеет. В свое время рынок пережил даже ситуацию с ЮКОСом, хотя было и непросто», — считает руководитель отдела анализа акций финансовой группы «Финам» Наталья Малых. Многое будет зависеть от судьбы миноритарного пакета и публичного статуса, и здесь могут быть разные варианты, предположила эксперт. «Если идет арест или обращение в доход государства акций текущего основного акционера, по идее, для частных инвесторов это не должно быть трагедией. Ну, сменился основной акционер. С честно приобретенными на открытом рынке акциями миноритариев, если бизнес продолжает нормальную работу, опять же в теории, ничего происходить не должно. Если политика нового менеджмента не несет риска бизнесу… как бы для миноритария все должно быть спокойно, — рассуждает в своем телеграм-канале экономист, инвестиционный банкир Евгений Коган. — Но это, к сожалению, опять же в теории. Очень часто после подобных событий бизнес начинает лихорадить. С ним какое-то время предпочитают не связываться поставщики и клиенты. Если, конечно, речь не идет об объектах типа Домодедово. На практике у нас бывает всякое. Вспоминаем историю с Соликамским магниевым заводом». Как вести себя в нынешней ситуации частным инвесторам? Экономист посоветовал следить, чтобы доля акций предприятий с потенциальными рисками такого рода была в портфелях очень жестко диверсифицирована. «Если уж откровенно говорить, приватизация в 90-х была во многом сплошной вереницей ошибок и несправедливости. Начиная от безымянных ваучеров и заканчивая отсутствием механизма конвертируемых облигаций. И вот именно это и стало той миной с часовым механизмом, срабатывающим все чаще и чаще в последнее время, — добавил Евгений Коган. — Но из-за ошибок прошлого мы сегодня рискуем потерять будущее. И это было бы неправильно по отношению как к стране и ее экономике, так и к нашим инвесторам».