«Уничтожали всю семью»: Людмила Тархова заявила в суде, кого считает виновными в убийстве своих родителей

Второе заседание по делу об убийстве бывшего мэра Самары Виктора Тархова и его супруги Натальи началось 22 мая с того, что судья зачитала письменное обращение Людмилы Тарховой — дочери убитых и матери подсудимой. Она проходит по делу в статусе потерпевшей. Женщина, которая сама отбывает семилетний срок за вымогательство, обвинила в расправе над родителями всех подряд: влиятельных людей, чиновников, силовиков, бывшего мужа и даже интернет.

Екатерина Тархова, которую следствие считает главной исполнительницей убийства, слушала мать через решетку. Она не могла скрыть удивления и ее брови, с каждым прочитанным судьей словом, стремительно ползли вверх.

Заявление Людмилы Тарховой судья зачитала полностью. Текст оказался огромным, хаотичным и очень эмоциональным. Женщина перескакивала с темы на тему, путала имена, возвращалась к обидам десятилетней давности. Но главный посыл читался четко.

Она считает, что убийство родителей — дело рук не только Екатерины и ее сомнительных знакомых. Это, по ее версии, финал многолетнего конфликта с «людьми, обладавшими деньгами, политическими связями, влиянием в Самарской области и контактами в силовых структурах».

«Я являюсь потерпевшей не только формально, — говорится в обращении. — Все происходящее связано с длительным давлением на мою семью».

Людмила утверждает, что ее «пытались убрать из семьи, потому что она очень мешала». По ее словам, против нее велась целенаправленная кампания по дискредитации, ограничению в контактах с ребенком и созданию конфликтной ситуации вокруг Тарховых.

«Уничтожали не одного человека, а всю семью», — пишет она.

Правда, прямых доказательств в заявлении нет. Только эмоции, подозрения и уверенность в том, что «кто-то наверху» направлял все это время руку правосудия не туда, куда надо.

Отдельный блок обращения посвящен тем, кто, по мнению Людмилы, стоял за давлением на семью. Она упоминает прокуратуру Самарской области, правоохранительные органы, «людей с возможностями», административный ресурс и коррупцию.

«Некоторые уголовные дела использовались как инструмент давления», — утверждает она.

По версии Людмилы Тарховой, существовала система покровительства, которая позволяла определенным людям влиять на расследования, суды и на то, как семья Тарховых выглядит в глазах общественности.

Фамилия Александра Милеева (депутата Губдумы, за вымогательство у которого 200 миллионов рублей осуждена Людмила Тархова) тоже фигурирует в ее обращении. Прямых обвинений в убийстве нет, но контекст такой: люди уровня Милеева с их связями и возможностями вполне могли быть причастны к происходящему.

Часть заявления посвящена внуку Людмилы. Она утверждает, что решения, касающиеся ребенка, принимались без нее, ее ограничивали в общении, документы оформлялись неправомерно, а с фамилией и данными мальчика происходили манипуляции.

Ребенка, по ее словам, «забрали», окружили другими людьми, а ее мнение игнорировали. Она считает, что это тоже часть давления на нее.

Людмила Тархова высказала обвинения в адрес и Елены Б. — крестной мальчика, у которой он сейчас живет.

«Она могла даже убить меня…» — говорится в эмоциональном письме.

Про Елену Людмила говорила журналисту 63.RU и на первом заседании суда. С ее слов, подруга семьи «не та, кем кажется» и ребенка у нее нужно немедленно изымать. Родная бабушка настаивала на том, чтобы внука отправили в детский дом, а когда она освободится из колонии, то заберет его и будет воспитывать сама.

Отдельная и очень эмоциональная часть заявления посвящена бывшему мужу Людмилы — Сергею Логинову (известному также как Лорд), который был связан с криминальным миром в 90-х.

Людмила связывает начало семейного конфликта именно с ним. По смыслу ее речи, после развода с Логиновым ее начали отстранять от семьи и ребенка. Логинов, по ее мнению, имел контакты и возможности решать вопросы через связи.

Дальше Людмила перешла к семье бывшего зятя — Владислава Пасека, отца ее внука.

По словам Людмилы, Пасек связан с криминальной средой, участвовал в мошеннических схемах и оказывал влияние на конфликт вокруг ребенка. Она несколько раз связывает его с «давлением», «опасными людьми» и теми, кто «может решать вопросы».

Людмила эмоционально заявила, что у нее были основания опасаться за ребенка. Что некоторые люди из окружения Пасеков представляли угрозу детям. В обращении Людмилы Тарховой звучали слова «педофилы» и «педофилия».

Эти обвинения не подтверждены никакими доказательствами. Это именно заявления Людмилы, а не установленные судом факты.

Досталось и другим членам семьи. Аркадия Пасека, отца Владислава, Людмила назвала участником конфликта и связанным с мошенничеством. Негативно упомянула и Ларису Пасек, мать бывшего зятя. По ее словам, семья действовала совместно, а внука насильно «изолировали» от нее.

Отдельно Тархова жалуется на публикации в интернете, распространение информации о семье, давление через СМИ и обсуждение уголовных дел в публичном пространстве.

Она утверждает, что информация распространялась намеренно, использовалась против нее, создавался негативный образ семьи.

Ранее Людмила Тархова и ее адвокаты подали ходатайство о закрытии процесса от журналистов. Судья отказала им в этом.

Судя по тому, как судья зачитывала текст, это было не юридически выверенное обращение, а эмоциональный поток сознания, где местами логика совершенно отсутствует. Тархова перескакивает с убийства родителей на опеку над внуком, потом на бывшего мужа, потом на суды, прокуратуру, интернет-публикации и угрозы.

Судья, закончив чтение, отдельно разъяснила: заявление будет приобщено к материалам дела, но само по себе оно не является доказательством. Значительная часть текста не относится напрямую к предмету рассматриваемого уголовного дела.

Следующее заседание суда назначено на 23 июня 2026 года. 63.RU продолжит следить за процессом.