«Мне вообще денег не надо». Как живет легендарный художник, создавший «один куй» и меч для президента

Александр Лысяков — это настоящая легенда Урала. Пожалуй, нет ни одного человека, кто не видел его знаменитую картину «Полина». В этом году художнику стукнуло 80 лет, но, несмотря на возраст, он полон творческих идей и энергии.

Корреспондент E1.RU встретился с мэтром и узнал, как он поживает. В этом большом тексте Сергея Бодрова речь пойдет о том, зачем мастер встает в четыре утра, о его собственном музее и кем он себя считает в первую очередь: кузнецом, фотографом или художником.

Александр Андреевич Лысяков родился 18 февраля 1946 года в селе Большие Можары Сараевского района Рязанской области. В 1965–1968 годах отслужил в армии, затем отучился в Общественном университете на фотожурналиста. С конца 1960-х и в 1970-е годы работал фотокорреспондентом в газетах «На смену!», «Комсомольская правда», «Вечерний Свердловск», «Уральский рабочий», журнале «Уральский следопыт». В 1972-м был принят в Союз журналистов СССР.

Первую популярность Александр Андреевич обрел именно благодаря работе фотокорреспондента. Параллельно он занимался масляной живописью и вошел в круг свердловского художественного андеграунда. Лысяков нашел свой уникальный художественный язык и создал множество знаковых работ. Его талант высоко оценили, многие отмечали искренность и теплоту его работ.

А потом Лысяков решил посвятить себя кузнечному делу, несмотря на успех и полученное признание, словно повинуясь внутреннему чутью. Он продал картины, а на вырученные деньги отремонтировал кузницу, где работает до сих пор. К слову, сама кузня стала первой мастерской-артелью на берегу озера Шарташ.

Среди его кузнечных работ есть две широко известные. Первая — державный меч. В 2004 году Александр Андреевич задумал вручить его Владимиру Путину во время инаугурации. Лысяков трудился над мечом со своей командой. Жена одного из мастеров сплела для президентского подарка темляк — красно-золотое украшение с кистями.

«Оружие — высший знак уважения мужчины к мужчине, — объяснял тогда сам кузнец. — Подарком мы хотим напомнить президенту, что он должен защищать свой народ. Пусть будет у него оружие, чтобы разрубать сложные узлы».

Меч получился громадный — почти под два метра. Он был украшен уральским камнем змеевиком и затейливой бронзовой инкрустацией в виде российского герба. Бронзу начистили до золотого блеска.

Вторая — антикризисная валюта «куй». Ее мастер придумал и изготовил спустя пять лет после меча. Кузнецу надоели разговоры про мировой финансовый кризис, хмурые и озабоченные лица, поэтому он создал своеобразный оберег. По его замыслу, металлический квадратик размером три на три сантиметра должен приносить удачу, хорошее настроение и служить финансовым талисманом.

Сам автор вот так рассказывал про него: «Куй — это от старого русского слова „ковать“, единица работы и пользы, принесенной человеком. Недаром в ходу такие выражения: „Куй свое счастье“, „куй железо, пока горячо“. Поскольку русский язык имеет некий ассоциативный порядок слов и звуков, некоторым людям слово „куй“ напоминает другое, тоже родное для уха русского человека слово из трех букв, которое вслух произносить неприлично. Это вызывает определенные эмоции и аналогии, кого-то смешит, поднимает настроение».

«Была такая история. Я сижу в ресторане, ко мне подходит какой-то парень. Мы там были на дне рождении с семьей. Короче говоря, он мне говорит: „Вы меня признаете?“ Я говорю: „Нет“. Он: „Мы вон там с друзьями сидим. Все операторы. Мы вас снимали раньше. А знаете, что четыре человека из них стали кузнецами?“» — начал наш разговор Александр Андреевич.

По воскресеньям Лысяков ходит в храм. Он выстроил свой график, который соблюдает безукоризненно. Просыпается в четыре утра или даже в 03:20 (кто-то подсказал ему, что это хорошее время для пробуждения), готовит завтрак, пишет небольшие воспоминания из вчерашнего дня, планирует новые работы и едет на такси в мастерскую.

«В такси у меня традиционный разговор с водителями. Я говорю: „Вы ведь хороший человек“. Каждый таксист почти всегда отвечает так: „Ну, как сказать, как люди скажут“. Я говорю: „Ну, правильно. А вы маму любите?“ Он говорит: „Ну, конечно, люблю“. Затем я говорю, что он хороший человек, потому что этому чувству его наверняка научила мама. Шоферы спрашивают, почему я интересуюсь этим. А я им в ответ: „Хочу, чтобы день был хороший“.

Из-за роскошной белой бороды Александра Лысякова в свое время стали называть Дедом Морозом. Он признается, что с этим персонажем его сравнивают до сих пор — у него и посох есть. С ним связан особый ритуал: кузнец дает малышам взяться за посох и загадать самое заветное желание, которое обязательно сбудется.

«Иногда приходит целый строй детей. Учителя отодвигают их, говорят, что они потом, и первыми становятся в очередь, чтобы загадать свое желание, — с улыбкой говорит Александр Андреевич. — Представляете, вдруг я обладаю таким свойством, что мне природой отведено помогать людям. Иногда я говорю, что это лучшее, чем бы я занимался. Ко мне приходят разные люди, задают сложные вопросы. Я люблю сложные вопросы».

Первые мысли стать художником у Лысякова появились еще до армии. Мама отговаривала, говорила, что все художники — пьяницы и развратники.

«Говорила, что я, ее сын, не посмею им быть. И вот я в армии служу. Художником. А почему? На моей палочке есть насечка, я очень хотел быть летчиком. Мне мама покупала книги, и я там перерисовывал самолеты. А потом, когда армейский старик стал искать себе замену художника в штабе, приехал к нам и говорит: „Кто у вас здесь художник, кто маленько рисовать может?“ Все почему-то ткнули на меня. До этого я уже выпустил там несколько стенгазет. Я что-то рисовал, у меня дело пошло. Но меня еще обязали быть фотографом», — вспоминает Лысяков.

После армии его взяли на работу в «Комсомольскую правду». То время кузнец вспоминает с любовью: «Это всё равно, что тебя в космос бы отправили». Тогда же он нашел свою любовь, а вскоре «бросился в рисование».

«Я был рад, что опять с художниками связался. Прошел целую академию, было интересно. Много рисовал. Одно время даже собиралось достаточно много работ для выставок. А потом приехали сюда [на Шарташ], здесь было вот это помещение, в котором сейчас наша кузница. До этого тут был магазин какой-то. Мне сдали в аренду, но не было крыши. Пришлось продать все картины, купить железо и покрыть. Вам кажется, что крыша железом покрыта? Нет, она моими картинами покрыта», — признается Александр Андреевич.

Его отец и дядя были деревенскими кузнецами. Они построили первую кузницу, которая занималась реставрационными работами для храмов, восстанавливали накупольные кресты, ограды и ворота. Затем пошло частное строительство: балконы, лестницы, садовая мебель.

«Я должен был застрять где-то в художественной среде, потому что она мне, во-первых, нравилась, а во-вторых, у меня получалось. Однажды утром проснулся с мыслью, что пойду строить кузницу. Из-под кровати прихватил пылесос — надо же было чем-то раздувать — и пошло-поехало. Стал учиться, ездил по Уралу, везде нос совал, всё спрашивал. Кузнецы — народ хороший, отзывчивый, всё показывали. Потом немножко стал зарабатывать деньги. На них купили станочки. Затем мне присвоили звание академика ЮНЕСКО по кузнечному делу», — продолжает мастер.

Сейчас у него есть три ученика. По словам Александра Андреевича, много начинающих кузнецов почти сразу же уходят из-за разногласий по заработной плате. Они просят столько, сколько, как признается Лысяков, он им сходу дать не может.

Александра Лысякова не назовешь списанным автором: он продолжает генерировать новые идеи. К примеру, недавно вместе со скульптором Ваганом Маргаряном выковал «Меч Победы». Его передали свердловским властям, а те отвезли подарок в Москву. Кузнец объясняет: меч — это образ, дающий надежду на то, что всё будет хорошо.

«Сейчас тревожно в обществе. У меня много детей, внуков и правнуков. Я чувствую, что людям нужно видеть нечто, что их защитит. Мы решили сделать „Меч Победы“. Хотим сделать энное количество и разослать по городам», — делится задумкой Лысяков.

В его мастерской есть стул, который Лысякову предложили забрать из университета, когда он учился. Это стул, с которого, как признается сам кузнец, всё началось. Образ того, что в жизни нужно сидеть на своем месте.

Сам Александр Андреевич физически работает уже не так много, как прежде, но не прекращает придумывать новые концепты.

В планах у него организовать музей, там же, на Шарташе. Он будет находиться рядом с кузницей. Уже сейчас там лежат работы Лысякова и его близких друзей, к примеру, Миши Брусиловского.

«Во-первых, здесь сам сруб сделан из трехсотлетней сосны из Башкирии. Мы сначала думали о том, что сделаем [в будущем музее]. Все проходят и спрашивают: „А что это такое?“ Мы сначала назвали это библиотекой, решили здесь собирать книги, которые никому не нужны. Пока что это приостановилось, хотя такого желания, я смотрю, очень много. [В будущем музее] еще можно встречаться и общаться. Здесь всё очень свободно и недорого, да вообще бесплатно. Мне вообще денег не надо. У нас здесь все торцы будут покрыты буквами, каждый в честь одного человека», — рассказывает Александр Лысяков.

Себя Александр Андреевич больше относит к художникам, хотя богатый опыт у него есть и в других творческих направлениях. Вот как он объясняет свой выбор.

«Мне это мышление понятно. Понятны эта образность, эти вопросы, которыми художник может ответить на какие-то обстоятельства. Я почему-то одно время даже страдал, что во мне это очень сильно развито, а потом меня успокоили. Говорили: „Ты че, дурной? Это же хорошо, если ты смотришь и видишь не так, как все видят“. Это природа, спасибо папе с мамой. Вот поэтому я хотел бы оставаться именно художником», — подчеркнул Лысяков.

Недавно у Александра Андреевича появился помощник — Александр Кулаков. Он помог организовать и открыть первую за долгие годы выставку работ Лысякова. Она была приурочена к 80-летию мэтра и открылась в екатеринбургском Музее наивного искусства.

«Сашенька! Есть такой вот человек, который своим присутствием делает так, что у всех остальных всегда все будет получаться. Он совершенно бескорыстный, он молодец», — ценит тезку художник-кузнец.

Они познакомились, когда Кулаков занимался другим проектом. В 2024 году он был руководителем культурно-просветительского видеопроекта «Сказы Павла Бажова», в рамках которого известные уральцы читали десять самых знаковых произведений писателя.

«Мне нужно было найти десять известных личностей из области. Александр Андреевич подходил, он сказочный персонаж. Мы записали сказочку, Александру Андреевичу очень понравилось записывать ролики, рассказывать истории из жизни. Мы начали вести с ним его блог в соцсетях. У него есть личные страницы, где он пишет воспоминания, потом стали записывать видео, в которых он рассказывает про творчество. Еще надо сказать, что мы почти полные тезки: он Александр Андреевич и я Александр Андреевич. Наверное, на этом мы и сошлись», — вспоминает Кулаков знакомство с Лысяковым.

Александру очень нравится бывать в гостях у наставника. В его мастерской он чувствует дух творчества. Это окрыляет и его самого.

«Я, насмотревшись на его работы, просто начал рисовать. Спрашиваю у него: „Куда мне пойти учиться?“ Он говорит: „Зачем тебе учиться? Просто начинай рисовать“. Александр Андреевич был первым, кто сразу купил мою работу. Он сказал: „Давай что-нибудь минималистическое. Ломай форму, используй цвета. Нужно найти свой язык и следовать. Нужно действовать, придумывать, не нужно учиться у кого-то“, — рассказывает Александр Кулаков.

В конце нашей встречи мы попросили Александра Лысякова поделиться мудростью с читателей. Вот что он ответил.

«Мне нравится про любовь. Дело в том, что я сейчас на пути познания нашей духовной природы. Слушаю и читаю об этом. Там везде говорится, что самое главное в человеке — любовь. Я в это верю. Я действительно ощущаю. Не зря же говорю, что давайте жить без частицы „не“. Не люблю, не хочу, не буду — и всё такое. Тогда в тебе начинает работать другой инструмент, а именно любовь. Ты открыл глаза и всё любишь. Ты должен научиться любить всё. Это определенная работа. Это не только девушку любить, а любить вообще всё», — заключил легендарный уралец.