Михаил Жванецкий в Самаре

В прессе все чаще появляются неожиданные отзывы: думающая публика пресытилась Comedy Club, а выступления Жванецкого пользуются большой популярностью. Михаил Михайлович встретился с самарскими журналистами и ответил на все вопросы, включая «неудобные» — об АвтоВАЗе, конфликтах с властью, бремени возраста, мыслях об эмиграции.

В прессе все чаще появляются неожиданные отзывы: думающая публика пресытилась Comedy Club, а выступления Жванецкого пользуются большой популярностью. Михаил Михайлович встретился с самарскими журналистами и ответил на все вопросы, включая «неудобные» — об АвтоВАЗе, конфликтах с властью, бремени возраста, мыслях об эмиграции.

— Нынешней власти стоит бояться юмористов, или все же юмористам нужно опасаться критики сверху?

— Если власть на что-то покусится, народ поддержит. Полетят головы — пикетов и акций протеста можно не ждать. Многих мы уже потеряли, а те, кто остались, боятся власти.

— Вы сегодня достаточно свободно говорили о представителях правительства, о Путине.

— Да, я стараюсь говорить свободно. Так уж сложилось с прошлых лет. Мне давали по голове в советские времена, я прекращал выступления, а потом потихоньку снова начинал выходить на сцену.

— Возможно ли взаимопонимание власти и народа?

— Народ и власть вообще едины! Все представители власти, с кем я встречался, отлично осведомлены, они прекрасно знаю, что, например, происходит в Тольятти на заводе, какие настроения. Боятся, поэтому осведомлены. А у нас что — мало информированный сатирик встречается с мало информированной аудиторией. Все знают больше меня, я только догадываюсь.

— Приходит молодежь на ваши концерты?

— Да, все больше и больше. Сам не ожидал.

— Что вы, вообще, думаете о молодом поколении?

— Мы в свое время любили бесплатно и считали в уме. Нынешняя молодежь другая. Мне, допустим, нравится уровень грамотности — вот сыну 14 лет, он знает языки, во всех этих компьютерных новинках разбирается... А по большому счету, спросите любого зрелого человека, как он относится к молодежи, ответ будет — да я сам к ней отношусь! Мы живем тем же самым, всеми нами движет некая сексуальность. Даже когда не можешь соревноваться с молодыми, приходит что-то другое, ты становишься безошибочнее во вкусе.

— Во время выступления вы сказали, что теряете последнюю публику.

— О, это для красного словца! (смеется)

— Правда ли, что у вас в райдере свет в зале обозначен как обязательное условие концерта?

— Да, правда. Я должен обращаться к людям. Вот если бы я вас сейчас не видел, я бы не знал, что сказать.

— Эпохи меняются, место юмора в жизни изменилось?

— Сейчас юмор стал развлечением, а раньше был содержанием.

— Кого-нибудь из молодых сатириков можете отметить?

— Юра Стоянов, правда, не знаю, можно ли отнести его к «молодым», на мой взгляд мог бы конкурировать даже с Райкиным. Ребятки из Comedy Club берут своим нахальством, напором. Что-то в них есть. Они отравлены успехом, но это не важно. Я бы никому не советовал «потесниться», публика решает, кто востребован, а кто — нет. В советское время требовались размышления, и мы их поставляли, а сейчас нужна просто пища для переваривания.

— Вы никогда не хотели эмигрировать?

— Нет. Была ситуация, когда любимая женщина говорила о том, что задыхается в этой стране, мечтает уехать. А меня запрещали тогда, но я все равно мысли об эмиграции не допускал. И вот она уехала и счастлива, а я остался — и счастлив тоже.