Вера Полозкова выступила в Самаре

В пятницу, 21 октября, в Самаре впервые выступила Вера Полозкова, самый популярный сетевой поэт Рунета. В пятницу, 21 октября, в Самаре впервые выступила Вера Полозкова, самый популярный сетевой поэт Рунета. Полозкова – поэт, конечно, больше «девочковый», поэтому и на встрече в «Метиде», и на концерте в «Звезде» публика состояла в основном из восторженных поклонниц среднего возраста «25 минус» (самой Вере 25, известность пришла к ней в 15). С вопросами в «Метиде» шло туго («сначала вопросы, потом автографы, вот такая грустная история», как шутила сама Вера Полозкова). Девушки держали наготове черные томики «Фотосинтеза», переиздание книги 2008 года, и через паузы доверительно расспрашивали Полозкову, как она доехала и как поживает ее мама. Вера рассказывала, как музыканты, не вылезающие из студии, по дороге радовались крапиве, и что собирается обязательно съездить на новую набережную, и как важно для поэта заниматься йогой. В «Звезде» Полозкова декламировала новые тексты под мрачные жесткие аранжировки в исполнении басиста, гитариста, клавишника и ударных. Толпа же требовала старых стихов, и Вера читала «Снова не мы», «Глаза у него фисташковые», «Осень». Было ощущение, что в композициях со «Знака неравенства» с увеличением музыкальной составляющей со стиховой что-то произошло. Впрочем, вторую часть дилогии, «Знак равенства», Полозкова обещает сделать светлой, «про любовь». А про любовь у нее часто, правда, неплохо выходит. На концерте она изящно иронизировала и над собственными мрачными текстами («Радио Суицид FM в эфире»), и над гендерным составом поклонников («Я вижу, что в зале есть парни – долго, наверное, пришлось уговаривать?»). Но противников, предрекающих Полозковой судьбу поэтессы-однодневки, она явно не принимает всерьез – это понимаешь в разговоре с Верой. Ей, в общем-то, есть от чего быть уверенной в себе: блог Полозковой читают 25 тысяч человек, она самый известный сетевой поэт России, в 25 лет переиздает книжку. Да, можно задаваться вопросами, должна ли быть настоящая поэзия массовой и общедоступной и насколько прочен такой успех, – но все они будут здесь не очень уместны. Полозкова работает в жанре «поэзия + эстрада», и хотя слово «эстрада» в отношении всего, что связано с искусством, звучит у нас как-то ругательно, что, в общем-то, плохого в том, что человек талантливо пишет и читает со сцены простые, понятные многим стихи? Вера Полозкова, поэтесса, блогер: - Ваш последний альбом рецензируют уже больше музыкальные критики, чем литературные. Как вы видите себе дальнейшее движение? - Я никогда в своей жизни не видела ничего дальше того, что происходит сейчас. У меня нет никакого четкого плана, как у некоторых людей, знающих, что через пять лет они вторые в списке продаваемых артистов, через 10 лет они Земфира… Мне в голову не приходило загадывать, и если бы еще полгода назад мне сказали, что мы соберемся на гастроли с диском, я бы долго спрашивал: зачем и как? Но опыт показывает, что это очень интересно, нам здорово работать вместе, нас вдохновляет присутствие друг друга, у нас получилось сыграть несколько концертов, в том числе в «16 тоннах» в Москве, где были 550 человек, и эти люди уходили счастливыми… Тем более, мы сделали хорошую пластинку, правда, она мне очень нравится, а я к тому, что сделано, обычно отношусь с легким ужасом. Потому что к тому моменту, когда работа заканчивается, она уже устаревает, что книжка, что пластинка, что даже спектакль, и ты понимаешь, что пройдя весь этот подготовительный процесс, сделал бы теперь лучше, умнее и качественнее… - Вы у нас с концертом первый раз. Почему так долго собирались? - Да я же не знала, что меня может ждать в книжном магазине столько народу! Просто я долгое время была сама себе администрацией, и очень плохой администрацией. Ну потому что я правда ничего этого не умею. А с тех пор, как есть директор группы, соавтор и большой вдохновитель Лена Грачева, мне стало гораздо легче жить, потому что с меня упал этот груз. Меня спрашивают: Вера, а вот у вас когда в Перми будет выступление? Я поворачиваюсь к Лене: а кстати, когда у меня будет выступление? А до этого: Вера, когда вы приедете в Новосибирск? – Ну когда приеду, тогда и приеду… - У нас на прошлой неделе был Дмитрий Быков… - Он меня ненавидит! - Он сказал, что вас заносит… - Эээ, как глубоко, тяжело и непоправимо занесло самого Дмитрия Львовича, мы не будем обсуждать в этом разговоре. Я ужасно его любила как поэта десять лет назад, но то, что происходит с ним сейчас, вгоняет меня в тяжелые, жгучие слезы. Мы потеряли хорошего литератора, правда, жалко. - Вообще, чье мнение о стихах вам важно? Вот есть толпа поклонниц, и есть критики, которые частью говорят: Полозкова – не поэт… - Прошло года три, наверное, с тех пор, как меня последний раз это задевало, и восемь лет с тех пор, как я впервые это услышала. Слава богу, в организме вырабатывается иммунитет к таким вещам. Такие высказывания могли уничтожить меня раньше, особенно от человека, которого я любила читать или мы были знакомы. Это всегда нож в спину, когда читаешь рецензию коллеги по цеху, с которым вы считались приятелями, и понимаешь, что он полон яда. Сейчас это не значит для меня ничего, кроме того, что: вот видите, я не даю вам покоя, как приятно! Если бы я правда была тем, кого вы описываете, вы не стали бы тратить четыре страницы текста, чтобы доказать, что я ничтожество. Чье мнение важно? Ну есть ряд людей, наверное, их пятеро, чье мнение о текстах принципиально важно. А так или иначе, все про текст становится понятно уже в момент его дописывания, если ты честен с собой.