Светлана Баскова, режиссер: «Человек должен сразу понимать, что он выберет – жизнь или чувство собственного достоинства»

В Самару с премьерой фильма «За Маркса...» приехала легендарная Светлана Баскова. Ее «Зеленый слоник» в Интернете стал культовым и получил большое количество отзывов и эпитетов. Новая картина уже стала событием фестиваля «Кинотавр», гильдия кинокритиков и киноведов отдала Светлане «Белый слон» за «Событие года». Множество людей увидели фильм за границей: международная премьера ленты прошла в рамках «Берлинале». Теперь Баскова путешествует по российским городам и общается со зрителями. «Я понимаю, что в прокат на русское кино мало ходят – только благодаря киноклубам и фестивалям, – словно оправдывается режиссер. – Ездила в Новосибирск, Челябинск, Калугу, Ярославль. Общалась с реальными людьми и вижу от них инициативу. У вас зал достаточно большой, но в Берлине в зале на 700 человек не было свободных мест. И все равно мне ценнее наши залы на 40 человек». Зал киноклуба «Ракурс» заполнен практически весь, и из-за технических проблем публике предстоит увидеть вариант фильма с английскими субтитрами, что позволяет представить себя практически иностранцем. «Фильм не очень смотрится, а кино и не должно развлекать, – шутливо предупреждает Баскова. – Будут много говорить, но не пугайтесь – через 20 минут это пройдет. Не верьте своим ощущениям, что фильм затянутый». Баскова зря тревожилась: многие зрители не только досмотрели фильм до конца, но и засыпали режиссера самыми разными вопросами. – Светлана, вы уверены, что показали настоящий завод? У вас рабочие смотрят фильмы Годара, читают малоизвестных авторов. Вас не обвиняли в том, что это фарс? – Завод показан так, как он существует в реальности. Как это существует в Москве. Возможно вы просто не видели рабочих. То, что рабочие показаны правдоподобно, – об этом говорят сами рабочие. Иногда разная аудитория меня обвиняет в фарсовости. Так ведь фарс – это то, что происходит в жизни, ничего надуманного здесь нет. Рабочие в профсоюзах – это начитанные люди, Карла Маркса они все прочитали. Последний раз я была в Тольятти – О.Генри мне там тут же процитировали. Я была среди профсоюзных коллективов, и там принято нормально разговаривать и посещать киноклубы, они смотрят Годара. Вы далеки от народа. – Почему вы взяли на одну из главных ролей Владимира Епифанцева? Какую-то роль сыграло то, что он снялся перед этим в «Поколении Пи?» – Я его снимала в предыдущих фильмах, он нравится мне как актер. Я вижу, что он не везде раскрывается. В «Поколении Пи» это вина режиссера в первую очередь. Я обожаю снимать Володю Епифанцева, мне близка его пластика, и все диалоги были написаны специально для него. – В каких городах вы побывали до съемок, с какими профсоюзами познакомились? – Создать независимый профсоюз в моногороде не представляется возможным, а единственный пример, где это удалось сделать, это в Тольятти. В других городах такое создать невозможно. Я ездила туда, где большое профсоюзное движение. Это связано с автопромом. Заходишь на их сайт, там обучение английскому – вторник, среда, четверг, пятница – английский для продвинутых и юридическая помощь. Эти люди занимаются обучением. Очень много людей, которые альтруистически помогают. Мне в Челябинске сказали, что в фильме они увидели влияние Гольбейна. Каждый в Москве знает, кто такой Гольбейн? – Фильм заканчивается достаточно печально, вы не находите? Сюжет «За Маркса...» основан на реальных событиях кризиса, когда владельцы производства решают свои проблемы за счет рабочих людей, и так обнищавших за последние годы. 2010 год, Россия. Главный герой (рабочий) вступает в созданный на заводе независимый профсоюз. Становясь случайным свидетелем убийства лидера профсоюза и впоследствии шантажа руководства, он предает товарищей. Возникший классовый конфликт провоцирует героя на человеческий бунт. – В фильме печальный конец, и это говорит о том, что активистом быть непросто, потому что наше время заставило на одну чашу весов поставить жизнь и чувство собственного достоинства. Человек должен сразу понимать, что он выберет. Я хотела показать, что лучше знать, на что ты способен. Сам факт, что эти люди есть, дает знать, что в жизни есть доброта и человеческие черты, которые в Москве на улице не увидишь. Дискуссия после этого фильма обычно бывает очень долгой, и все рассуждают, почему так он заканчивается, может быть, если бы был хороший конец, больше людей бы пошло в профсоюзы? – Почему в фильме нет многих сцен, которые были в трейлере? – Я попробовала остаться в чистом жанре. Сны вводили в романтическое состояние и отвлекали от хода событий. Безумно много времени мы потратили на то, чтобы снять эти сцены, в итоге осталась одна в конце, которая снята в Нижнем Новгороде. Дело было так. Приехал отборщик Каннского фестиваля. Много кто ездил, нам предлагали и в «Кинотавре» участвовать, и в МККФ. И в итоге мы участвовали в «Кинотавре». Отборщик с Канн задал такой вопрос: «Вы боитесь, что будет скучно аудитории? Зачем эти сны? Они меня отвлекают от просмотра». Я не очень хотела эти сны снимать, но чтобы не было скучно смотреть, хотела что-то красивое добавить. Через несколько дней мы попробовали смонтировать без этих сцен – и вот что получилось. – В фильме «За Маркса...» нет ни одной женской роли. Это специально так сделано? – Когда ты привносишь личное – это даже слабость. Когда ты показываешь женщину, то должно что-то происходить – семья, личная жизнь. – Я хочу задать вопрос про ваше раннее творчество. Возможно, такие вопросы вам надоели. В одном из интервью вы сказали, что «Зеленый слоник» – это фильм про чеченскую войну, и, кажется, никто этого не понял. – На эти вопросы невозможно ответить, мало ли что я сказала (Смеется.). Если это ранит вашу психику, я всегда отвечаю, что такой цели не стояло. Я пытаюсь объяснить молодежи, что это были 90-е годы, информационный голод. Это был крик нашего общества: искренно, с болью, с молодецким протестом сделано, и фильм популярен, наверное, из-за своей «супероткрытости». Показана другая жизнь, потому что все мы привыкаем к чему-то. Недавно мне написал парень из Харькова, что «вы нам открыли другой мир и новую жизнь». – Мне показалось, что «За Маркса...» – это комедия. Тяжело было снимать сцену на кладбище, были ли смешные моменты на съемках? – Там есть элемент юмора, безусловно. Кода гробы заказывали, все спрашивали: «Почему два?» Было много смешных моментов. На кладбище покойник падал два раза. Но так как было холодно, то на второй раз покойник начал трястись. Гример у нас был из настоящего морга. Особняк, в котором мы снимали, – это как раз тот особняк, который принадлежал Березовскому. Потом там еще находилось подпольное казино. Незадолго до съемок его накрыли. Договорились, что нас туда пустят, и съемка чуть не сорвалась. Охранникам так понравилось, что мы делаем, что они захотели сыграть. Они сказали, что мы везде охранников не так показываем. Так что с Епифанцевым в кадре настоящие охранники. Когда я была в Челябинске, то там нашлась женщина-художник по костюмам, которая раньше работала с Тарковским. Очень известная женщина. Она сказала, что в фильме «Царь» одна накидка надета задом наперед, и для нее это кино перестало существовать. Так же и с охранниками. – Есть женщины-режиссеры, которые вам симпатичны? – Вообще пара женщин всего, которые мне симпатичны. Я шучу, конечно. Я знаю, что есть Марина Разбежкина, которая сняла картину на тему оппозиции. Кира Муратова замечательная. Гай Германика мне понравилась, социальный проект «Школа» – поставить всех на место, это надо иметь смелость.