Улицу Фрунзе «состарили» из-за съемок телеромана

24 марта 2011, 11:51 6 699

В четверг, 24 марта, в областном центре стартовал очередной съемочный день киноромана «Жизнь и судьба». В качестве площадки режиссер Сергей Урсуляк выбрал улицу Фрунзе.

Одним из центральных планов станет знаменитый дом Челышева. Для того чтобы придать этой части города исторический облик, декораторам пришлось провести немало работы. По словам Сергея Урсуляка, съемки в Самаре проходят с определенными трудностями, поэтому обстановка на съемочной площадке достаточно напряженная.

Съемки эпизодов фильма «Жизнь и судьба» продлятся до начала апреля.

Фото: Видео Олега Лаевского

ПО ТЕМЕ

Кирилл ЛЯХМАНОВ

Искусство Кино

Лайк

Смех

Удивление

Гнев

Печаль

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

Комментарии

Гость

29 марта 2011, 17:31

198976014

28 марта 2011, 19:56

Какие-то ... глупенькие комментарии, особенно этот: "Осебнно здорово декараторам понравяться наши дороги ! их декорировать не надо......" Бог с ней с безграмотностью, не о ней речь. Да и модератор придерётся. Вы, господа-пересмешнички, знаете, когда в неродном вам городе стали асфальтировать улицы? Когда впервые была заасфальтирована улица Фрунзе? Сегодняшние улицы Самары – воистину, "как после бомбёжки". Кстати, а сколько бомб было сброшено На Куйбышев во время Великой Отечественной, вы знаете? К чему я это? Да к тому, что сегодняшние самарские дороги это действительно СЕГОДНЯШНИЕ САМАРСКИЕ ДОРОГИ. И в 1941-45 году таких дорог в Куйбышеве НЕ БЫЛО! Так что снимаемый фильм (нет, не фильм, ибо фильм это произведение искусства), снимаемый блокбастер, это как раз для вас: лопайте. Очередную продукцию. Гроссман излил на бумагу свою боль. Боль своих близких, своего народа. Боль людей, которые жили. они жили гораздо хуже вас, но они жили. Вы обеспечены гораздо лучше, но вы не живёте, а выживаете. По одиночке, максимум, посемейно. И вам никогда не понять тех людей. Книги Гроссмана печатались в СССР. И отнюдь не в пресловутом "самиздате" а в нормальных госизданиях. Да, не массовыми тиражами. Но кто хотел, тот мог читать и Есенина, и Маяковского, и Гроссмана, и Высоцкого, и сотни других писателей, вдруг после 1992 года объявленных "запрещёнными".

Читать все комментарии