Веса Кекяле, советник по прессе посольства Финляндии в Москве: «Чем больше я живу в России, тем больше ощущаю себя финном»

Веса Кекяле родился и вырос с восточной части Финляндии, то есть по соседству с Россией. Интерес к нашей стране у него появился еще в детстве, поэтому в школе он начал изучать русский язык. Четыре года до того, как занять пост советника посла Финляндии в Москве, Веса работал собкором общественной телерадиокомпании Финляндии в России. Какой виделась ему наша страна до того, как он пересек ее границу? Почему финны вновь начали изучать русский язык? Готовы ли они к безвизовому режиму с восточным соседом? Почему разрушаются смешанные русско-финские семьи? В связи с чем ленинградцы ввели в обиход выражение «горячие финские парни»? Об этом и многом другом мы говорили с гостем нашей редакции. Универсальная страна — Что входит в обязанности советника по прессе при посольстве? — По сути, это пресс-секретарь посольства, который занимается связями с прессой, отслеживает все публикации в СМИ. Также я являюсь главным редактором сайта посольства Финляндии в России, где мы публикуем все новости. И, конечно, я советник и помощник посла Финляндии. Организую его интервью в российской и финской прессе, занимаюсь организацией мероприятий во время визитов первых лиц Финляндии в Россию, пресс-конференций, интервью. — Какие СМИ выбираете, когда речь идет об интервью президента, премьер-министра или посла? — Мы открыты для общения и готовы сотрудничать со всеми, кто выходит на нас с предложениями. И с государственными СМИ, и со свободной прессой. Никаких проблем. — До того времени, как стать дипломатом, вы работали журналистом. В каком издании? — 14 лет работал в финской общественной телерадиокомпании, это как Би Би Си в Англии. Четыре года был собственным корреспондентом этой компании в Москве. — Почему стали собкором именно в Москве? — Потому что русский язык начал учить еще в гимназии. И когда уже работал на телевидении и радио в Хельсинки, то в мои обязанности входило отслеживать всю информацию по России, все события, то есть читал прессу, смотрел российские каналы. А когда наши собкоры в Москве уходили в отпуск, замещал их. И когда появилась возможность поработать собкором Москве, я принял такое решение. — Что вами двигало? — Россия всегда вызывала у меня большой интерес, захотелось поближе познакомиться со страной, с ее людьми. Россия — такая большая страна, что здесь можно наблюдать все тенденции мира. Здесь есть все, что есть в мире. В этом смысле Россия универсальна. К тому же сегодня она переживает переходный период к рыночной экономике, а это всегда интересно. Приехал я в Москву собкором в 2004 году и работал до 2008 года. Русский по выбору — В финских школах сохранились уроки русского языка? — Факультативные занятия. Но есть специальные школы, где русский язык — обязательный, там его изучают 12 лет. Возможность заниматься русским языком у нас была всегда, но сегодня в Финляндии не так много людей, которые хорошо его знают. — Чем это объясняете? — Возможно это объясняется тем, что английский в Финляндии с некоторых пор стал самым популярным из иностранных языков. Плюс надо изучать шведский язык, потому что он является вторым государственным. А уже потом идут по выбору французский, немецкий или русский. Сказалось, наверное, и то, что Финляндия когда-то была частью Российской империи и финнов принуждали учить русский, а потом была война с СССР, все это послужило таким бумерангом. Но сегодня, когда в Финляндии, особенно в восточной ее части, много русских туристов, этот язык вновь стал востребован у нас. Стало выгодно учить русский язык, и часто в школах дети выбирают его из числа иностранных для изучения. Особенно заметно это стало в прошлом году. Есть спрос — есть предложение. — Вероятно, для работы в России изучения языка в гимназии недостаточно? — Нет, конечно. Я потом занимался русским в университете, были также специальные курсы русского языка, на которые меня направила телерадиокомпания. А потом важную роль играло общение с носителями языка. В России у нас были русские телеоператоры, другие сотрудники, приходилось много говорить с ними, и это самый эффективный способ выучить язык. — В Финляндии сегодня не дублируют англоязычные фильмы, это означает, что английский финны изучают с самого детства? — Да. И это очень хорошо, потому что английский является языком мира. «Но США критикуем чаще» — Скажите, были случаи цензуры со стороны российских властей, когда вы работали собкором в Москве? — Не было такого, я чувствовал себя достаточно свободно. Важно, конечно, соблюдать законы страны. И есть территориальные зоны, куда ваши органы безопасности не пускают иностранных корреспондентов, но это есть в любой стране мира. — Какие темы вам как журналисту были наиболее интересны? — Самые главные новости всегда — это политика и экономика. И если была возможность, то всегда старался путешествовать по России, делать сюжеты о культуре, о регионах. — Где удалось побывать? — В Петербурге, Томске, Петрозаводске, Мурманске, в Ставропольском крае, Карачаево-Черкесии и даже один раз съездил в Чечню. Кроме того, в России находится корпункт других бывших республик СССР, поэтому я бывал в Белоруссии, Казахстане, Узбекистане, Грузии, Армении. — Существует стереотип, что западные журналисты не всегда объективно подают события, происходящие в России. Вам приходилось с этим сталкиваться? — Да, было такое. Однажды мне сказали, что финские журналисты очень часто критикуют Россию. На что я ответил: но чаще всего они критикуют США. Конечно, как бы журналист не хотел быть объективным, рассказывая о чужой стране, он не всегда понимает все нюансы происходящего в ней. Сказывается и то мировоззрение, которое у него сложилось на родине, этого избежать невозможно. Но я заметил, если смотреть международные новости на телеканалах разных стран, то в сумме ты все-таки сможешь получить объективное представление о том, что происходит в той или иной стране. — Что в России вам казалось совершенно непонятным для европейца? — Это зависит от сути событий. Если происходит теракт, это трагедия для любой страны и любого человека, здесь мы все равны, потому что испытываем одинаковые чувства. Но четыре года работы собкором в России, конечно же, были для меня годами учебы. Я старался вникать во все, находить ответы, чтобы понять по-настоящему происходящее в стране. — Что удалось открыть для себя? — Главное, что мне удалось понять, Россия — очень многообразная страна и здесь не все так просто, как может показаться европейцу на первый взгляд. Нельзя применять к России то мнение, которое сложилось у человека о стране до того, как он пересек ее границу. Ты приезжаешь сюда и с каждым днем все больше понимаешь, что твое первоначальное мнение, что ты знаешь о России все, — заблуждение. Ты о ней ничего не знаешь. — На что вы изменили свой взгляд, когда поработали здесь? — Переходный период в экономике я увидел изнутри и понял, что не так просто решать многие проблемы в этих условиях. Здесь возникает вопрос о социальной стабильности. Если все разом сломать, то как потом строить заново, чтобы ситуация оставалась управляемой? Или проблемы на Северном Кавказе: когда я начинал работать, мне казалось, что у меня вполне реалистичное представление о том, что там происходит. Но со временем понял, что вопрос очень сложный. Разбираться в нем я начал, находясь уже в России. — Вам все разрешалось показывать про Северный Кавказ в телепрограммах или предупреждали — это можно снимать, это нельзя? — Я был с пресс-туром в Чечне в 2005 году, после гибели Масхадова, тогда все разрешалось снимать. Но Чечня еще находилась в условиях войны, и речь шла лишь о безопасности международных журналистов. Вероятно, нас куда-то и не пускали, заботясь о нашей безопасности. Отдельные случаи — Как относятся финны к россиянам? — Официальное отношение к России как к лучшему соседу сегодня стабильно хорошее. А на гражданском уровне это довольно нейтральное отношение, спокойное. Все зависит от того, владеет гражданин Финляндии русским языком или нет: если нет, то просто меньше знает о России и меньше проявляет интереса. Но, когда есть личные контакты, то русские и финны довольно быстро находят общий язык. Что касается войны начала ХХ века, то эмоциональные воспоминания сохранились только у старшего поколения, для остальных эта война — лишь часть истории. Сегодня важнее развитие экономических отношений между нашими странами. Финский бизнес инвестировал в экономику России семь миллиардов евро, так что есть у финского бизнеса интерес к России. — На фоне экономического сотрудничества и дружеских отношений финнов с россиянами в последнее время достаточно часто возникают конфликты в смешанных семьях. И нам иногда не понятна жесткая позиция законодательных органов Финляндии, когда речь идет о том, с кем останутся дети — с отцом-финном или матерью-россиянкой. Почему, на ваш взгляд, распадаются такие браки и почему дети непременно должны оставаться с родителем-финном? — Когда распадаются браки, дело не в национальности. Просто у одних получается сохранить брак, у других — нет. Возможно, иногда играет роль разность культур, когда люди перестают понимать друг друга. Часто разводы происходят вполне спокойно, но иногда это перерастает в конфликт. Однако решения принимаются в рамках закона, когда речь идет о детях. И все-таки чаще дети остаются с матерью. Не просматривается тенденции, что детей нужно отбирать у матери, если она русская. Все зависит от конкретной ситуации в семье. Но только что появилась хорошая новость — в Хельсинки состоялась конференция России и Финляндии, на которой присутствовали представители органов юстиции, министерств социальных отношений, министерства иностранных дел России и российского министерства образования, а также представители детского омбудсмена России. Обсуждался вопрос присоединения России к Гаагской конвенции по защите прав детей. И это, конечно, приветствуется, потому что позволит решать такого рода проблемы в правовом поле международной конвенции. Это, безусловно, многое изменит. — Примеров прочных браков между русскими и финнами больше, чем неудачных? — В Финляндии сегодня живут 50 тысяч русскоговорящих граждан. Это эмигранты после 1917 года и те, кто выехал из России после перестройки. Среди них есть не только русские, но белорусы, украинцы… И, конечно, среди них много тех, кто вышли замуж за финнов или женились на наших девушках. Но семей, где много разочарования и вообще много эмоций, все-таки меньше, чем семей, где все складывается хорошо. Есть статистика, которая показывает, что в смешанных семьях меньше проблем, возникающих в области воспитания детей, нежели в среднем по стране. Это лишь отдельные случаи. Горячие финские парни — Обсуждается ли сегодня тема безвизового режима между Россией и Финляндией? — Думаю, рано или поздно это произойдет. Финляндия поддерживает идею безвизового обмена не только в Евросоюзе, но и с Россией. Недавно министр иностранных дел Финляндии был с визитом в северо-западной части России — в Петербурге и Петрозаводске — и высказал свое пожелание, чтобы в 2018 году, когда в России состоится чемпионат мира по футболу, финские болельщики могли безо всяких виз приехать в Петербург поездом и посмотреть финальную игру команд Финляндии и России. (Смеется.) Позиция Финляндии такова, что сегодня нужно делать конкретные шаги в этом направлении — шаг за шагом — чтобы, когда тот день наступит, все было готово. — Есть выражение «горячий финский парень», кто придумал его и что этому послужило? — (Смеется.) Оно появилось в советское время, и придумали его советские люди. Тогда в Ленинграде было много финских туристов. Слышал, что они там хорошо отдыхали. (Смеется.) В Финляндии алкоголь был дорогой, и наши парни любили отдыхать и тусоваться в Ленинграде. Но это выражение, по моему ощущению, отражает доброжелательное отношение россиян к «горячим финским парням», несмотря на то, что наши парни не всегда были в самом трезвом состоянии. Но складывается ощущение, когда я слышу рассказы об этом в России, что «горячие финские парни» были все-таки неплохими, только очень веселыми. — Сегодня российская водка по-прежнему финнам кажется дешевой? — По-прежнему алкоголь здесь дешевле, чем в Финляндии. Даже когда Финляндия вошла в Евросоюз, наше государство сохранило высокие цены, чтобы финны не злоупотребляли алкоголем. — Это помогает? — Да, но сегодня тот, кому нужен алкоголь, может покупать его в соседней стране. Когда Эстония стала членом Евросоюза, стали покупать в Эстонии. Пик поездок в Эстонию пришелся на первые годы ее присоединения к Евросоюзу, потом интерес постепенно угас, сегодня желающих не так много. — Сложно ли вам было привыкать к московским условиям жизни, насколько они разнятся с жизнью в Финляндии? — Москва — это, конечно, сумасшедший город, если говорить о ритме жизни. Но в первые два года работы в Москве мне было все это даже интересно, поэтому, наверное, я быстро адаптировался, и только сейчас начал немного уставать от пробок, больших расстояний. — Сегодня Финляндия называется в числе стран Европы, где много внимания уделяется проблеме социальной защиты населения, безопасности жизни. Где сегодня финны предпочитают отдыхать, проводить свои отпуска? — Отдыхать любят в своей стране, на даче, где есть сауна и озеро рядом. Сегодня еще и в Эстонии, потому что это недалеко и финны там покупают дачи. Там дачу купить дешевле. Для пляжного отдыха многие выбирают Турцию, Таиланд, Испанию, страны Средиземноморья. — Вы родом из Хельсинки? — Я из Восточной Финляндии, из небольшого поселка, а учился в университете Тампере. — Живя в России, вы не обрусели? Может, привычки российские появились? — Может быть, но я этого не замечаю. Хотя, чем больше я живу в России, тем больше ощущаю себя финном. Корни дают о себе знать, когда случается какая-то чисто русская ситуация. — Как часто бываете на родине? — Иногда раз в месяц, иногда раз в три месяца, как сложится ситуация. — Ваша семья живет в Москве? — Моя жена — русская. Мы познакомились, когда я работал собкором. — Она хорошо знает финский язык? — Начинала учить. Она по образованию филолог и, когда преподаватель финского это узнал, то постарался дать больше грамматики, меньше разговорного. Поэтому языковой барьер еще есть. Дома мы говорим в основном по-русски. Но, думаю, пора с ребенком начинать говорить по-фински, пора его учить языку. — Где вы любите бывать в Москве? — В театрах, особенно в опере. У нас, если говорить о культуре, нет такого театра, хотя есть хорошие композиторы и особенно много хороших дирижеров. — Когда покинете дипломатический корпус, останетесь в Москве или планируете вернуться в Финляндию? — Жена не хочет жить в Финляндии, ей кажется, что там скучно. Ей там нравится только отдыхать несколько дней, неделю. Гражданская религия — Финляндия сегодня является примером даже для многих стран Европы в решении проблем экологии. С чего начиналось у вас движение за бережное отношение к природе? — В 50-х годах прошлого века у нас были огромные проблемы в этом плане. Много заводов, грязные озера. Тогда и возникло движение в защиту природы, появились активисты, которые поднимали шум, становились инициаторами дискуссии. Позднее это получило политическую окраску, началась политическая агитация. Появилось министерство окружающей среды, системные программы и это стало нормой жизни. — Какие экологические проблемы России болезненны для Финляндии? — Состояние Балтийского моря, Финского залива. Нам интересно, чтобы надежными были нефтяные танкеры и не происходило выбросов в море разного рода отходов, которые могут повлечь экологические катастрофы. Сегодня есть различные соглашения в области экологии между странами Балтии. Благодаря этому состояние Балтийского моря начало улучшаться и в районе Петербурга. В прошлом году в Хельсинки состоялся саммит по проблемам Балтийского моря, и были достигнуты некоторые соглашения, Россия в том числе взяла на себя некоторые обязательства. — Как в Финляндии решается проблема утилизации бытовых отходов — особенно упаковочного пластика? — Сегодня это уже система — сортировать мусор: в одну коробку пластик, в другую — органику. Во дворе мусор также сортируется в разные емкости, и потом его легче перерабатывать. Что касается пластиковых бутылок, в каждом магазине есть автомат, куда можно положить пустую бутылку. За это человек получает из кассы небольшую плату — 50 центов. То же самое происходит с пивными банками, стеклянными бутылками — все это принимается за символические деньги. Такие же автоматы стоят в магазинах, где продается алкоголь. Так же утилизируется бытовая техника. Батарейки, аккумуляторы, мобильные телефоны — в магазинах есть для этого специальные емкости, потому что это очень проблемные отходы. Старые газеты — для них отдельная емкость во дворах, бумага хорошо поддается переработке. — Сколько времени понадобилось, чтобы люди к этому привыкли и это стало нормой? — Около 10 лет, наверное. Я помню, что в 80-х годах уже сортировали мусор, сегодня это стало инстинктом. Финские инженеры придумали такие технологии, которые позволяют перерабатывать мусор на 90 процентов и продукты переработки заново использовать. Защита окружающей среды в Финляндии стала уже гражданской религией. Власть под напряжением — В чем разница между финскими и российскими СМИ, как у журналистов Финляндии выстраиваются отношения с властями? — В международных рейтингах свободы слова Финляндия занимает первую строчку. То же самое в Дании, Швеции. В Финляндии большая часть изданий полностью не зависима от власти. Я работал на общественном канале, который живет за счет абонентской платы телезрителей и радиослушателей. Государственные компании контролирует парламент. Но культура такова, не говоря уже о законодательстве, что если финский премьер-министр не доволен критикой в его адрес на государственном канале, то он не может оказывать давление на журналистов, потому что это тут же будет предано огласке и разразится огромный скандал. Никто не захочет вредить собственной карьере. Между журналистами и властью у нас постоянное напряжение, журналисты постоянно подозревают власти в злоупотреблениях. А политики и власть считают, что журналисты их критикуют несправедливо, не хотят понимать. Тем не менее, они не могут отказаться отвечать на вопросы журналистов. Есть также частные медиахолдинги, они получают доходы от рекламы, есть партийная пресса, но ее тиражи невелики, она поддерживается членами партий или профсоюзами. — Каков уровень заработков в журналистике в сравнении с другими сферами деятельности? — Журналисты зарабатывают как представители среднего класса. — Как последний кризис отразился на бюджете Финляндии, ее бизнесе? — Кризис сильно повлиял на состояние бюджета, так как наша страна зависима от экспорта. Падали и ВВП, и бюджет, стране пришлось брать деньги в долг. Но довольно быстро экономика оправилась, сейчас уже наблюдается экономический рост. — Как государство поддерживало малый и средний бизнес в этот период? — Конечно, были снижены налоги. Был кризисный пакет — государство взяло деньги в долг, чтобы облегчить налоговую ношу бизнеса. Чтобы сохранить бизнес, были приняты комплексные меры. — В каких сферах сегодня работает большинство населения Финляндии? — Это услуги, высокие технологии и государственный сектор — учителя, медицинские сестры, врачи и так далее. Все по правилам — Сколько финнов сейчас живет и работает в России? — Есть такой регистр у нас в Москве, что примерно 300 финнов работает в столице, в Петербурге их больше. В целом это около тысячи человек. В основном они работают в бизнесе. — Во время кризиса инвестиции в российскую экономику снизились? — Да, конечно. Но есть постоянный поток финских бизнесменов в Россию — все-таки здесь большой рынок, есть возможности работать, поэтому интерес сохраняется. Нужно только знать местные условия, законодательство, чтобы все делать по правилам. Бюрократии у вас больше, чем в Финляндии. — Вы стараетесь все делать по правилам? — Конечно. (Смеется.) — Это возможно? — Может быть все получится не так быстро, но в конце концов это получится, если хороший бизнес-план. Но, конечно, регионы в России очень разные и условия разные. — Сегодня в посольстве вас считают журналистом, в СМИ — дипломатом. Получается — свой среди чужих, чужой среди своих. Так? — Иногда так бывает. — Вам не доверяют дипломатических секретов, боясь, что вы их сольете своим коллегам-журналистам? — (Смеется.) Нет, это невозможно. Это уже давняя практика, что пресс-секретарь посольства — профессиональный журналист, его как временщика нанимают на несколько лет. — Это временная должность для вас? — Да, каждый новый человек — новый подход, свежий взгляд, мысли. Это правильно. — Такой подход есть и в государственных структурах — как часто меняются клерки? — Нет, если человек работает чиновником, то он им будет всю жизнь, если сам не захочет уйти. За ними такой контроль со стороны СМИ, что там невозможна коррупция. И есть внутренний контроль — я заметил, что финские чиновники все хотят делать по правилам, чтобы никто их не смог укорить в злоупотреблениях. — Скажите, финны любят анекдоты? — Мне кажется, у нас вообще мало анекдотов. Чаще всего у финских мужчин в ходу спонтанные шутки или смешные рассказы из реальной жизни. Раньше анекдотов было как будто больше. Вот старый анекдот: Ловят рыбу отец и два сына. Сидят. Молчат. Проходит час, рыба не клюет. Первый сын говорит: «Сегодня, наверное, будет дождь». Еще через час другой сын говорит: «Плохо клюет сегодня». И еще через час отец: «Прекратите все время болтать!» — Известно, что у скандинавов несколько ироничное отношение друг к другу. — Есть такое, хотя народы во многом похожи. Особенно норвежцы ироничны по отношению к шведам, потому что 100 лет были частью Швеции, а сегодня они богаты и независимы. А Дания и Швеция целое столетие были настоящими врагами. И Финляндия была частью Швеции — младшим братом. Швеция во всем тогда была примером, и у финнов сложился комплекс бедного младшего брата, сейчас его уже нет.