Александр Краснов, почетный ректор СамГМУ, академик РАМН: «Главное – это любовь к больному»

Одной из самых знаковых и авторитетных фигур самарской медицины является академик Александр Краснов. Он занимал пост ректора СамГМУ с 1967 по 1998 год, и именно при Александре Федоровиче Куйбышевский мединститут стал настоящим университетом с множеством факультетов. Краснову принадлежит мировой приоритет в обосновании и реализации пересадки слабых мышц, свой вариант концепции высшей медицинской школы и создание теории и практики семейной медицины. В настоящее время многие его ученики занимают высокие должности в области, а также успешно представляют Cамарскую научно-педагогическую школу за пределами региона.

В интервью Doctor63.ru заслуженный деятель науки РФ, академик РАМН, лауреат премии правительства РФ, почетный гражданин города Самары, почетный ректор СамГМУ рассказал о своем взгляде на человеческие ценности, современное здравоохранение и личность врача. Автор всемирно известной научной школы сухожильно-мышечной пластики уверен, что если мир спасется красотой, как нарекал Федор Достоевский, то человечество воспрянет интеллектом. Во вторник, 21 июня, Александру Федоровичу исполнилось 82 года. Мы присоединяемся к поздравлениям и желаем здоровья, хорошего самочувствия и творческого долголетия!

– Александр Федорович, на ваш взгляд, в чем секрет профессионального долголетия? Что является главным?

– Любовь. В моем представлении, в нашей профессии самое главное – это любовь к больному, к человеку. А в обществе что сейчас считается главным? Деньги, богатство. Что еще важно? Генофонд. Если судить с позиций генофонда, то революция во главе с Лениным нанесла громадный вред. В России была уничтожена культура. Также важны труд, искусство, наука и религия. Я очень много читаю.

– Кого из писателей можете выделить?

– Из современных писателей признаю Валентина Распутина с его сибирскими и охотничьими записками. Не потерял надежду на Россию. Но важнее всего любовь к больному, любовь к труду и любовь к профессии. Безусловно, здоровье на 1 месте. Все есть, если есть желание. Можно заниматься гимнастикой йогов. Где бы человек не находился, в самолете, пароходе, он может заниматься гимнастикой. Я зимой не забывал про лыжи с проходом до 40 километров, каждую неделю. Летом – велосипед.

– Александр Федорович, в настоящий момент со стороны руководства страны наблюдается интерес к сфере здравоохранения. Как вы можете оценить эти изменения?

– «Сытый голодного не разумеет». Врач получает 10 тысяч рублей, и это кандидат наук. А не кандидат наук – в два раза меньше. Врачи голодные. И по этому показателю мы отстаем от всего мира. Во всем мире врачи по зарплатам стоят на первом месте. Врач, педагог, юрист – три профессии важнейших, а в России они в застойном состоянии.

– Какие события в самарском здравоохранении за последние 10 лет можете отметить?

– Стали больше говорить о врачах, и надеюсь, что слова перейдут в дело. Но пока только разговоры. Дело пока стоит на нуле, больницы не ремонтируются, но я верю, что постепенно ситуация будет налаживаться.

Конечно, если сравнить, то еще 30 лет назад не было такого упадка. В самом начале мединститут состоял из двух зданий – общежития и знаменитой «анатомички». Я открыл 15 факультетов, в течение 30 лет моего управления было построено 15 новых зданий. Мой преемник Геннадий Петрович Котельников продолжает эту линию. Теперь нам не стыдно и на мировом уровне. Мой внук, Александр Краснов-Трубилин, офтальмолог, аспирант Первого московского медицинского университета, проходил специализацию в США и убедился, что русские врачи – лучшие в мире. Я знаю американскую систему, в США сейчас не преподают фундаментальные дисциплины: анатомию, физиологию, гистологию, химию. Там сразу клинические дисциплины. И мой внук тоже уловил, что мы лучше американских врачей по содержанию и внутренней культуре. Вот что такое интеллект? Интеллект – это разумное мышление. По интеллекту Россия всегда была в первой десятке, а сейчас укатилась на 47 место. Лидирует Япония.

– Александр Федорович, в настоящее время в Самаре и по всей России не хватает врачей – узких специалистов. А что вы можете сказать о качестве подготовки студентов медуниверситета?

– Мы стараемся делать все возможное. Но необъятного не объять. Те специалисты, которых я знаю, например, офтальмологи, считают, что наша подготовка не хуже западной. У меня сейчас в офтальмологии работает младшая дочь, а старшая дочь заведует кафедрой эндокринологии в Первом московском медицинском университете, она много ездит по миру и говорит, что наша система во многом превосходит западную. Я хорошо знаю травматологию и ортопедию, и по их уровню развития мы тоже не отстаем от других стран. Если и отстаем, то только по оснащению и оборудованию, а по другим вопросам опережаем. Поэтому я любил и люблю Россию, русский народ. И боюсь стремления Америки захватить Россию и русские богатства: лес, руду, медь, золото, даже воду.

– В чем отличие Самарского медицинского университета от других вузов?

– Наша отличительная черта – это научно-педагогические школы. Это мировой критерий состояния науки и педагогики в высшем учебном заведении. В нашем вузе 11 научно-педагогических школ, такого мы не встречали ни в России, ни за рубежом. Это школы Ерошевского, Аминева, Солдатова, Ратнера, Сидоренкова, Краснова, Котельникова. Наши воспитанники занимают очень видные посты, трудно представить, восемь ректоров в разных городах – мои ученики. Моя школа – сухожильно-мышечной пластики. Всю жизнь посвятил этой проблеме и не жалею. В последующие годы я увлекся философскими аспектами в медицине – риторикой, проблемой интеллекта и научных школ.

– Когда вы были студентом мединститута, вы ставили перед собой высокие цели? Александр Федорович, вы задумывались о том, чего можете достигнуть?

– Безусловно. Но изначально я хотел поступить в юридический институт. Его в Самаре не было, он находился в Саратове. Я хотел поехать в Саратов. Но мать мне сказала: «Сынок, откуда у меня деньги тебе на дорогу? На питание? Здесь поближе». Я родился в деревне Александровка Новоспасского района Ульяновской области. Здесь, в Самаре, учились мои старшие сестры, и я поехал в Самару. Старшая сестра была фельдшером.

Я приехал в Самару ранним утром, и город не понравился: грязь, трава пыльная. Дошел пешком до института, встал на лестницу и заколебался: захотелось вернуться в свои родные края. А работал я в то время в колхозе. В этот момент выходит вахтер тетя Маша, так ее звали. «Мальчик, ты что растерялся? Не ты первый... Иди смелее… Ты умный мальчик и будешь профессором», – говорит она мне. Взяла мои чемоданы и понесла в приемную комиссию – вот так решилась моя судьба. Я ее помнил, пока она жила в общежитии и работала. А я студентом стал. Вот какое влияние оказывает одно слово.

Раскаиваюсь ли я, что выбрал этот путь? Нет. Ничуть не раскаиваюсь, я полюбил больного человека, пациента. И я давно высказываю мысль, что в институт нужно принимать не по знаниям физики и химии, а по тому, испытывает ли человек любовь к больному человеку. И с этих позиций отбирать людей нестандартных, мыслящих и любящих больного. Это не каждому дано. А есть ли такие студенты? Конечно, есть. Их можно узнать по руке и глазам.

– Любовь к больному – это и человечность тоже?

– Конечно. Человечность должна быть. Международная организация ЮНЕСКО в свое время объявила конкурс на определение личности. Было предложено 180 определений от разных организаций. Я люблю философию и педагогику, слежу за литературой. И вдруг вижу – среди определений проходит формула личности Льва Толстого. Я Толстого люблю сильно, читал у него все произведения. Я написал сыну Толстого, когда тот был еще жив, что не видел ни разу формулу личности, которая утверждена комитетом ЮНЕСКО. Он мне сказал, что такой формулы в его трудах нет, но она есть в личных записях. Я эту личную запись нашел. Личность, по Льву Толстому, – это дробь, где в знаменателе одно слово – самомнение, а в числителе генофонд, интеллект, профессионализм и любовь к искусству, науке, религии, психологии. Вот что такое личность.

Поэтому Лев Толстой говорил: помните, что держаться на уровне очень трудно, нужно много работать и наращивать числитель, но с годами силы будут уменьшаться, поэтому сбрасывайте вес, то есть самомнение.

– А что вы можете сказать о современном поколении?

– Люди мало читают, очень мало знают. Например, кто такой Ян Коменский? Это великий педагог, польский философ. А многие его не знают. Я не могу лечь до тех пор, пока не прочитаю нужное количество страниц в день. Скажи, сколько страниц в день нужно читать новой литературы?

– 100 страниц.

– Молодец. Откуда ты все знаешь? Сто страниц в день. И я не лягу, пока не прочитаю.

– Может быть, это тоже ваш профессиональный секрет?

– Безусловно. Люблю чтение, люблю науку и люблю человека.

– Александр Федорович, в настоящий момент в РФ принимаются несколько новых законов в сфере здравоохранения. Как вы относитесь к таким изменениям на законодательном уровне?

– Я выступаю за изменения, но на первое место нужно ставить интеллект, знания, профессию. А сейчас на первое место ставят деньги, и все, что с ними связано.

– Многие врачи отрицательно относятся к термину «медицинская услуга», который часто встречается в тексте новых законов. У вас этот термин вызывает отторжение?

– Да. Это не услуга. Это искусство. Я возмущаюсь. Лечить – это величайшее искусство.

– Александр Федорович, что вы можете пожелать всем врачам Самарской области и России?

– Я желаю им повышать общую культуру, интеллект, потом профессионализм, потом дисциплину, а главное – не забывать про любовь к больному. Сейчас больного не смотрят. Смотрят электрокардиограмму. Все это не то. Прежде всего настоящий врач смотрит пациента, причем своими руками. А что главное для современного врача? Современный врач примкнул, к сожалению, к компьютерам. Я не отрицаю их. Но на первом месте должны стоять человек, знание, чутье и индивидуальность. Никакие сверхсовременные машины не заменят ум, опыт, глаз. В нашем вузе этому уделяется внимание, а в других не знают, что такое человечность. Человечность – это все положительные качества человека.