Акция поддержки Pussy Riot в Самаре

В пятницу, 17 августа, трем девушкам из группы Pussy Riot вынесли обвинительный приговор – два года в колонии общего режима. Девушек обвиняют в «хулиганстве по мотивам религиозной ненависти или вражды» по статье 213 УК РФ. Во время судебного процесса, и до его начала в разных городах России (и других странах) проходили акции в поддержку панк-певиц. Прошла такая акция и в Самаре. Напомним, что в феврале панк-группа Pussy Riot выступила с нелегальной акцией в храме Христа Спасителя. Перед алтарем участницы коллектива исполнили песню «Богородица, Путина прогони». Их лица были скрыты под вязаными шапками-балаклавами. После панк-молебна троих девушек (Марию Алехину, Надежду Толоконникову и Екатерину Самуцевич) обвинили в хулиганстве. Девушек заключили под стражу, что вызвало неожиданную бурную реакцию. На сегодняшний день вынесенный приговор считается неоправданно жестоким. В Самаре 17 августа на пересечении улиц Ленинградской и Галактионовской подтягивались люди. Оппозиционеры опаздывали. Только полиция организованно стояла в сторонке. Некоторые представители правопорядка дремали в пустом автозаке, припаркованном за кустом, но так, что машину все равно было видно. Накрапывал дождик. Пасмурно. Операторы и фотографы прятались под козырьками магазинов, иногда выбегали, чтобы снять небольшую толпу. Никакой акции не было. И никакого митинга. Просто собрались «знакомцы» и решили прогуляться. По улице Ленинградская в рассыпную сновали туда-сюда «эшники». Часто от собравшихся можно было услышать фразу «их больше чем нас». Стройная девушка-полицейский снимала происходящее на камеру. Во время прогулки в голову лезли разные мысли. Например, о том, что в этом году я была уже на нескольких протестных мероприятиях и познакомилась там с большим количеством людей, чем за те пять лет, пока живу в Самаре. Еще вдруг подумалось, что, несмотря на инертность самарских акций, все-таки ощущение нереальности происходящего присутствует всегда, особенно, когда людей начинают задерживать или когда полиция начинает проявлять агрессию. Но об этом позже. Пока - идем, гуляем, общаемся и думаем. Остановка. Здесь нас ждут люди с воздушными шариками, на которые надеты пакеты в виде балаклав. Из сумок появилось и несколько настоящих балаклав. Но одевать их полностью и закрывать лица нельзя, если верить новому закону о митингах, или поправкам к нему… кажется, за последнее время вышло столько новых законов и поправок, что проще перечислить все, что можно делать на улице, чем то, что нельзя. Тем не менее, две девушки начали натягивать на голову разноцветные маски. Тут же подошли представители правопорядка, начали интересоваться, что здесь за сборище и согласовано ли оно. Правозащитник Александр Лашманкин общался с полицейским, снимая на камеру весь разговор. Предъявил «корочку», удостоверяющую его личность. Тут же полицейский высказал предположение – «ваш документ поддельный» и хотел рассмотреть его поближе. Александр резким движением убрал документ в карман. - Вы как-то грубо общаетесь с представителем правопорядка, - напряженно сказал полицейский. - Вам показалось, - ответил Лашманкин. В это же время одна из девушек одела балаклаву на лицо и получила предупреждение, что она может быть задержана за такое действие. Напряжение и абсурд. - В городе столько беспорядков, а вы такой фигней занимаетесь, нас караулите… Множество осуждающих реплик летело из толпы, как невидимые тухлые яйца. Было видно, что полицейские напряжены до предела, и что им и самим, возможно, не хочется сопровождать «кучку» оппозиционеров, разгуливающих по городу, но такая служба. И опасна, и трудна, и нелепа. Порой. Дальше шествие проходило веселее – хрипловатый хор голосов, требующих свободы Pussy Riot, звонок одного из людей в форме, чтобы подогнали машину к стелле. Странное веселье. Прохожие неодобрительно смотрели в сторону протестовавших. На камеру сыпались комментарии – «их надо посадить, и этих идиотов, что гуляют по Самаре, и этих дур, что отплясывали в храме». Сочувствовавших было не много. Пассивная агрессия встречалась на каждом шагу. Подошли к стелле. В отдалении стояла молодая пара с коляской. Парень с длинными дредами и маленького роста, хрупкая девушка. Молодой человек смотрел то на толпу, то на ребенка. Со стороны выглядело символично. Возможно в этот момент от того, какое решение примет суд в Москве, будет зависеть, в какой стране мы будем жить, и в каком обществе будут расти дети. Пока я предавалась этим размышлениям, в высь, к тяжелому хмурому небу, были запущены те самые воздушные шарики в полиэтиленовых балаклавах, которые пришлись не по нраву представителям правопорядка. Гуляние закончилось. Но никто не спешил расходиться. В этот момент мне показалось, что я наблюдаю за спектаклем, в котором по техническим причинам произошла незапланированная пауза. - Расходитесь, - лениво предупреждал один из людей в форме. Но никто не спешил, хотя ряды сочувствующих Pussy Riot значительно поредели. Некоторые участники давали комментарии журналистам. В этот момент и начались задержания. Происходили они по тому же принципу, что и в Москве, во время разговора с представителями СМИ. Только в отличие от столичных активистов, никто не сопротивлялся. Среди задержанных оказалась журналистка портала «Засекин.ру», ее тоже попросили пройти в автозак, хотя она ничего противозаконного не совершала. Даже балаклаву сначала одела не до конца, а как обычную шапочку. Все-таки шел дождь, надо было чем –то от него закрыться. Всего в автозаке оказалось восемь человек. Вопреки ожиданиям тех, кому предложение «пройдемте» не поступало, никто не полез в машину добровольно, и в ладоши тоже никто не хлопал, никто из спасшихся от дождя в полицейском автобусе не начал выкладывать в «Instagram» фотографии, никто не писал в «Twitter». Задержанных отпустили в тот же день, журналистка Лена (Засекин.ру) сообщила, что обращались с ними в отделении вежливо, задали стандартные вопросы. Теперь, скорее всего, восьмерым участникам гуляний предстоит выплатить штрафы от 10 тысяч рублей по статье 20.2 (Нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования). Эта мера является незаконной, потому что невозможно нарушить то, чего не было. К сожалению, здесь вряд ли можно сказать «время покажет». «Время» нам давно ничего нового уже не показывает, а ситуации, касающиеся свободы граждан, как в старинном анекдоте «год от года хуже». Дождь усилился, «свободные» наблюдатели и участники шествия разошлись. А в это время в Москве в Хамовническом суде судья зачитала приговор. Его уже давно знает вся страна. И вся страна, я уверена, уже давно высказалась по этому поводу. Даже те, кому было глубоко наплевать, просто потому, что таких людей уже не осталось. Когда судья оглашала приговор, девушки улыбались, а со стороны защиты - хватались за голову. Им было не до смеха. И сейчас никому не до смеха. Может быть, посидеть в автозаке – это уже тренд. И вполне возможно дизайнеры уже вовсю клепают одежду для митингов, которую будут покупать политизированные хипстеры. Все может быть. Теперь я точно знаю. Абсолютно все. Поэтому я ни к чему не готова. И я больше не думаю о Pussy Riot. Я теперь думаю о своих близких, о себе, и о своей работе. Я думаю, и при этом у меня ком стоит в горле. Но я улыбаюсь. Смотрю на прохожих и улыбаюсь. До ушей. Автор: Елена Белова