От фабрики-кухни к фабрике культуры

В Самаре не так много уникальных памятников. Один из них — здание фабрики-кухни. Единственное в мире здание в форме серпа и молота. В этом году зданию фабрики-кухни исполняется 80 лет. История создания, биография автора проекта и дальнейшая судьба памятника — в юбилейном обзоре. Символы великой эпохи В первые советские годы идея создать масштабные сооружения в форме советских символов долго не давала покоя архитекторам. Школа имени 10-летия Октябрьской революции в Ленинграде (архитекторы А. Никольский, А. Крестин, 1927), отдаленно напоминающая серп и молот, и театр Советской Армии в Москве в форме звезды (К. Алабян, В. Симбирцев, 1934) - эти здания стали яркими страницами в истории отечественной архитектуры. Но наиболее буквально серп и молот как символ солидарности угнетенных был воплощен именно в Самаре в проекте фабрики-кухни завода им. Масленникова. Звезды первых пятилеток Во второй половине двадцатых и в начале тридцатых годов завод, сегодня закрытый и уничтоженный, являлся главным центром притяжения деревенского населения. Большой приток людской силы остро поставил вопрос о разработке социальной инфраструктуры завода, в связи с чем близ предприятия на рубеже десятилетий были возведены целые кварталы жилых домов, построенных по проектам известных самарских архитекторов П.А. Щербачева и Л.А. Волкова. А для решения проблемы питания рабочих было решено выстроить фабрику-кухню мощностью в 9000 обедов в сутки. Фабрика-кухня ЗиМа была открыта 1 января 1932 г. Эмансипация по-советски Фабрика-кухня построена по проекту, выполненному московским архитектором Нарпита Екатериной Максимовой. Эта уникальная женщина разрабатывала проекты фабрик-кухонь по всей стране. Много ли мы сможем назвать современных женщин-архитекторов, реализующих такие масштабные проекты сейчас, 80 лет спустя? У завода сразу же возникли проблемы с финансированием строительства в связи с нестандартной системой железобетонных перекрытий и консольных конструкций. Поэтому проектной конторой самарского завода №42 (з-да им. Масленникова) был изготовлен альтернативный проект, предлагавший рациональную, но невыразительную Г-образную форму здания с угловым срезом на пересечении ул. Ново-Садовой и проспекта Масленникова. Тем не менее в результате к реализации был принят сложный новаторский проект Максимовой. Инновации эпохи индустриализации Несмотря на идеологичность и формалистичность композиционного построения в виде серпа и молота в плане, сооружение имело идеальную технологическую схему. Из молота-кухни по трем конвейерам готовая пища доставлялась на раздачу в серп-столовые. Кроме того, в здании имелись спортзал, читальня и некоторые коммунальные службы. Технологии советского авангарда Первоначальный образ фабрики-кухни был проникнут духом современных технологий, демонстрировал передовые эстетические, инженерные и этические идеи архитектуры советского авангарда. Это одно из первых зданий с бетонными перекрытиями в Самаре. Смелые консольные конструкции поддерживают широкие полукруглые междуэтажные площадки. Это позволило полностью остеклить лестничные блоки. Бессмысленность перестроек За восемь десятков лет памятник советского авангарда подвергся двум реконструкциям. В 1944 г. фабрика-кухня была реконструирована по проекту самарского архитектора И.Г. Салоникиди. Внешний фасад был переделан «под классику». Все проемы были сужены, цилиндрические экраны лестничных блоков заложены кирпичом. Обширная ниша главного входа под нависающим вторым этажом была застроена . Эти мероприятия мотивировались трудностями отопления. Только внешний фасад получил «классическую» трактовку: руст, карнизы. Разумеется, основные конструктивные новации – консольные выносы, огромные плоскости остекления – были скрыты новой оболочкой. Характерные для конструктивизма угловые окна, расположенные на торце «молота», выходящие на Ново-Садовую, были оставлены. Но богатая пластика, динамизм, взаимодействие внутреннего и внешнего пространства были утрачены. В 1998-99 гг. произошла вторая реконструкция. В здании расположились два развлекательных клуба и торговый центр. Классический декор фасадов был сбит, и весь объем памятника был обшит пластиковой рейкой вместе с оригинальными надписями на торце «молота» со стороны ул. Ново-Садовой. В ожидании обветшания В 2004 г. сменился владелец здания. Несмотря на то, что здание фабрики-кухни является вновь выявленным памятником культурного наследия, в 2006-2008 годах были проведены проектные работы, предполагающие снос здания для размещения более крупного торгового центра. Однако сложный статус здания приостановил реализацию этих планов. В 2008 здание было очищено от арендаторов. С тех пор оно остается пустым и не отапливается. В 2009 году владельцами были вскрыты фрагменты кровельного покрытия, через которые поступают осадки, содействуя быстрейшему обветшанию постройки. Осенью 2008 г. пластиковая обшивка здания была демонтирована. Единственное в мире бесценное Реставрационное задание самарского министерства культуры определяет предметом охраны «объемно-пространственную композицию здания», давая возможность создания новодела, формально отталкиваясь от сохранения уникальной формы здания. Однако ценнейшим элементом сооружения является его железобетонная каркасная структура. Полноценная реконструкция могла бы стать удобным поводом для восстановления первоначального авангардного облика памятника. А его конструктивистский облик — дополнительным фактором туристической привлекательности Самары. Зачем нужны фабрики кухни? В тридцатые годы много работ проводилось по оптимизации жизни советского человека, созданию идеальной социалистической ячейки, рассчитанной на семью. Одним из путей оптимизации жизни человека представлялся путь создания крупных предприятий общественного питания, которые освободили бы женщин от тягот ведения домашнего хозяйства. В те годы пропагандировалось освобождение женщин от «пут» домашнего хозяйства и вовлечение их в процесс строительства социалистического общества без отвлечения на приготовление домашней пищи. Была объявлена война так называемым «примусам» и «закопченным кухням». Строительством фабрик-кухонь предлагалось решить вопрос как с общественным питанием для рабочих, так и с освобождением женщин от «кухонного» труда и превратить домохозяек в полноправных граждан советской республики. Новое общество виделось как единая сверхмощная отлаженная система жизни. У себя дома советский человек должен был «принимать пищу», произведенную на специальных предприятиях, трудиться на заводах и различных производствах, а после работы в составе коллектива организованно отдыхать, затем возвращаться в дом-коммуну, где квартира превращалась в жилую ячейку для сна. Настоящая русская женщина Максимова Екатерина Николаевна родилась 12 декабря 1891 года в городе Казань, в православной семье. После успешного окончания Казанской художественной школы Екатерина Николаевна решила связать свою профессиональную жизнь с архитектурой. В 1910 году она подала документы во Второй Петроградский политехнический институт. К этому моменту ее родной старший брат, Владимир Николаевич, уже приступил к работе архитектора в Санкт-Петербурге, где он окончил Высшее художественное училище при Академии художеств. Е.Н. Максимова в 1910 году поступила на архитектурный факультет Второго Петроградского политехнического института и с отличием его окончила, выполнив дипломную работу на тему «Гостиница-санаторий». В 1914 году Е.Н. Максимова участвовала в проектировании земского дома в Киеве. В ее трудовой книжке с этого года введется отсчет ее профессиональной деятельности. В дальнейшем, в период с 1915 по 1918 год, она работала в качестве помощника архитектора по проектированию и производству у различных архитекторов Санкт-Петербурга. В 1918 году участвовала в составлении различной проектной документации для строительства в Санкт-Петербурге. В 1922 году у Максимовой родился сын Никита, в это время в стране был голод, Гражданская война. Выживать в эти трагические годы было непросто, а в условиях тотального голода в большом городе это было просто нереально. Чтобы прокормиться и просто выжить, Максимова приняла решение уехать в город Белебей в Башкирию, где после выхода на пенсию жил ее отец вместе с матерью. Здесь Максимова устроилась на работу в школу - преподавала физику. В маленьком провинциальном городке о работе архитектором не было и речи. В 1923 году Максимова приезжает в Москву. Ее брат до революции активно сотрудничал и помогал в ряде проектов академику архитектуры А.В. Щусеву. В результате чего Екатерина Николаевна получила возможность поработать с А.В. Щусевым на постройке в проектировании Казанского вокзала. С 1923 по 1925 год она активно трудилась в составе проектного подразделения на строительстве Казанского вокзала. С 1925 года Е.Н. Максимова переходит на должность инженера-архитектора в Нарпит и вместе с вновь организованной группой инженеров, архитекторов, технологов начинает с чистого листа разрабатывать методологию проектирования объектов с особой функциональной задачей - общественное питание, в дальнейшем получивших название фабрика-кухня. Она внесла огромный вклад в дело проектирования фабрик-кухонь в СССР. Постоянно ездила в командировки, с ее участием составлялись проекты московских фабрик-кухонь, на Днепрострое, в Екатеринбурге, в Магнитогорске и многих других. Одной из последних построенных по ее проекту фабрик-кухонь была самарская, которая синтезировала в себе все те многолетние наработки функционально-планировочного зонирования данных объектов и архитектурных идей. Совершенно несправедливо сложилась судьба Максимовой. Блестящие результаты на работе, уже обустраивающийся быт в семье архитектора, но все оборвалось в одночасье, она трагически погибла в марте 1932 года, попав под поезд. Трагическое стечение жизненных обстоятельств не дало ей возможности увидеть при жизни свой наиболее самобытный, талантливый и очень символичный проект - самарскую фабрику-кухню. Автор: Илья Сульдин