Выпущена книга об исчезающих украсах города

Состоялась презентация издания «Тайны деревянных украсов Самары». Это уже девятая книга заслуженного архитектора России, член-корреспондента Российской академии архитектуры и строительных наук Вагана Гайковича Каркарьяна. Издание уникально тем, что на его страницах запечатлены в рисунках десятки зданий, которых в Самаре уже не существует.

- У нас уникальная резьба на деревянных домах - и по сюжетам, и по содержанию. Я был во всех музеях деревянного зодчества. Нигде такой нет, как в Самаре. В нашей резьбе проглядывает язычество. В каждом углу обереги, солнышки, жар-птицы. Ведь даже в 19 веке, когда дом планировал архитектор, эти мелкие детали создавали мужики-артельщики из деревень. А крестьянин - он ничего просто так делать не будет. Во всем глубокий смысл и символизм. Жаль, что мы не ценим, что нам досталось от предков и с каждым годом теряем дом за домом, - считает Каркарьян.

Узорчатые уголки, поддерживающие карнизы крыш, неспроста похожи на конские головы. Ведь лошадь - это солярный символ, как всадник, фигура которого встречается в витиеватой резьбе наличников. А украшение в виде елочки на досках, прикрывающих углы срубов, - не что иное как мировое древо, символ всех индоевропейских мифологий, которому насчитывается не одно тысячелетие. Так избы полутора-вековой давности хранят на себе отпечатки культурного сознания людей доисторических времен. Книга Каркарьяна вышла сразу в двух местных издательствах - в «Агни» и в подарочном варианте в «Раритете».

- С первой своей книги и по девятую, по сути дела, уже двадцать пять лет я пишу одну книгу - историю самарской архитектуры. С каждым годом открываю для себя все новые удивительные вещи на одних и тех же улицах. И хочу передать эти знания следующим поколениям, которые сегодня, к сожалению, мало интересуются историей родного города. Например, недавно встречался со студентами факультета туристического сервиса и на мой вопрос, кто такой Куйбышев, я узнал, что это бывший губернатор, а памятник Ленину на площади Революции, оказывается, поставлен «спортсмену, который царя убил», - с сожалением заметил Ваган Гайкович.