Каждый ребенок имеет право на игру

И обеспечить его проще, чем нам кажется. Именно об этом мы мечтали в детстве. Мечтали, когда выходили пинать воздух в скучный двор, посреди которого торчали ржавый турник и убогий грибок над пустой песочницей. Мечтали, когда строили домики на ветках дворового карагача из невообразимых досок и картона. Мы мечтали, а в Европе дети получили такое. Нет, они не получили - они сами построили это вместе со своими родителями. В самарской Вальдорфской школе проходила IV открытая общегородская конференция «Сознательное родительство». На этой конференции Елена Олеговна Смирнова, доктор психологических наук, научный руководитель Московского городского центра психолого-педагогической экспертизы игр и игрушек, рассказала о том, что она видела в Лондоне - в самом центре мегаполиса, когда была там в «научной экспедиции». А видела она там невероятные детские площадки. Нет, сначала она рассказывала о том, как дети играют. Точнее, о том, что дети теперь играют все меньше. Сюжетно-ролевая игра (мы с мужем называем ее игрой в «а давай»: «а давай я буду мама, а ты - дочка, а давай мы пойдем гулять, и там я...») уходит из детского обихода, вытесняется всевозможными обучалками, а больше всего - телевизором (про телевизор на конференции тоже приводилось немало шокирующих жестких фактов). А ведь эта игра жизненно необходима детям для того, чтобы они выросли полноценными людьми. Полноценными - это прежде всего людьми с нормальной волей (она сейчас страдает больше всего), с воображением, которое, между прочим, позволяет нам планировать действия - и никакой «школой успеха» отсутствие воображения не заменишь. Почему дети перестали играть? Причин много. Одна из них весьма банальна: играть им просто негде. А вот в Европе - там есть где, хотя уровень урбанизации не отличается от нашего. И не спешите говорить, мол, в Европе о людях думают, заботятся, тем более о детях... Нет, в Европе такие площадки строят родители вместе с детьми. Это одно из условий. Условие ставит International Playground Association - организация, которую еще в 1931 году предложил создать один датский ландшафтный архитектор. Он проектировал детские площадки и видел, что дети все равно хотят что-то еще. Тогда он решил, что площадку должны создавать... сами дети из подручных материалов. Вместе с родителями, конечно. Которые для этого должны собраться, обсудить проект, прикинуть, сколько у них во дворе детей и какого они возраста, какие деревья-кусты есть в наличии - растительность очень важна. А потом затеять это строительство. Как выглядят эти площадки? Они очень далеки от того, что сейчас стоит в наших дворах. Они больше похожи на... хижину дяди Тома, обросшую невообразимым количеством цепей, веревок, канатов и тарзанок, качелей умопомрачительных модификаций. И, конечно же, бесконечными покрышками от автомобилей, которым нашли кучу неожиданных применений (а мы-то думали, это только у нас, только от бедности...). В общем, мечта настоящего индейца. Между прочим, несмотря на то что каждый проект, естественно, уникален, у площадок есть общие требования. Ребенок там должен познакомиться со всеми стихиями (летать по воздуху на канатах и залезать на третий этаж «лазилок»), пускать кораблики по системе каналов, жечь костер на специально оборудованной костровой площадке, играть в траншеях, песочнице (куда ж без нее), лазать по трубам, которые проходят под землей)... Там должна быть социальная зона - беседка для художественного творчества, сцена и места для уединения - домики, пещерки, таинственные уголки. Площадка ни в коем случае не должна быть ровной: детям нужны горки, кочки, колдобины... Специальное исследование показало, что дети, выросшие на такой поверхности, гораздо умнее, чем дети, выросшие на ровной плоскости. Как все это организовано У них там есть специальные магазины «деловых отходов», куда свозят обрезки труб, канатов, досок и черт-те чего еще, все это очень задешево, поэтому с финансовой точки зрения эти площадки гораздо дешевле тех, которые ставят у нас. Площадка эта чаще всего огорожена, кроме всего прочего там есть закрытое помещение - неотапливаемый павильон, где можно играть, например, в дождь. Еще там есть сушилка для одежды, кухня с набором элементарных продуктов вроде макарон и картошки, которые дети могут приготовить себе сами (детей тут могут оставить часов на пять). И, конечно, тут есть один, а на больших площадках двое взрослых. Это не обычные взрослые. Это playworker'bi. Не надо путать их с современными аниматорами. Главная задача плейуокера - поддержать детскую игру. Их специально для этого учат - года два. Они вмешиваются в игру, только если она заходит в тупик. Они работают по сменам, им платят - либо родители, которые оставляют детей на площадке, либо муниципалитет - если с ним удалось договориться. Присутствие других взрослых на площадке запрещено: наблюдатели ломают игру, вы наверняка «проходили» это со своими собственными детьми. Возможно ли это у нас? Вы знаете, лектор даже не задавал этого вопроса - жаркий спор разгорелся сам собой. Поскольку на конференцию собрались, как это следует из названия, сознательные родители, идею они оценили. Но поскольку все мы обладаем нормальным еще пока воображением, оно тут же нарисовало нам кучу инстанций, с ко торыми придется иметь дело энтузиастам. Как пожарная команда зальет костер на специально оборудованной костровой площадке. Как придет Роспотребнадзор и найдет огромное количество нарушений, а в конце нагрянет ювенальная юстиция, которая увидит, что все построено из неструганых досок (так оно в Европе и есть), что на этой площадке есть бесконечное число мест, откуда ребенок может свалиться - тем более что он там находится без собственного личного взрослого надзирателя. Кстати, про травмы мы тоже спрашивали -внешний вид конструкций прямо наталкивал на подобный вопрос. Оказывается, плейуокеры отвечают так: по статистике, детский травматизм тут намного ниже, чем на улицах города. Но мне кажется, что главная проблема все-таки не в инстанциях. Все эти драконы - порождение нашего собственного родительского сознания, точнее - родительского страха. Потому что это ведь мы боимся подпускать ребенка к огню, мы боимся, что он лишний раз промокнет, зайдя в невинную лужу (какая там система каналов!), мы боимся, что он ушибется, забравшись на полутораметровую лесенку, а про дерево и думать не смей! Это мы забываем, что, в принципе, ребенок может сломать ногу, навернувшись с детского стульчика тридцати сантиметров от пола. Хотите доказательств? Мы специально проконсультировались насчет того, насколько подобные площадки могут быть легитимными в нашей российской действительности, в соответствующих органах: у руководителя управления гражданской защиты Владимира Мостового. «А почему нельзя? - удивился Владимир Викторович. - Для того, чтобы кораблики пускать, трехметровой глубины не нужно, достаточно 15-20 см. А сдуру, конечно, и в луже можно утонуть, чего уж... А по поводу костровых площадок - детишкам же это очень интересно, очень нравится. Единственное условие - чтобы не было ветра в этот день, который мог бы огонь раздуть. Можно - ничего такого в этом нет. Ведь нельзя же всего бояться! Такое нужно делать, чтобы дети знакомились и с огнем, и с водой. А дело взрослых - обеспечить безопасность». Так чего же мы после этого боимся? Кроме страхов, есть еще один камень преткновения. Мы считаем, что кто-то для наших детей должен что-то создать. Поэтому с такой пробуксовкой (я говорю со слов депутатов, которые этим занимаются) идет проект «Двор, в котором мы живем»: ведь для того, чтобы добрые дяди приехали и сделали, нужно собраться, договориться, помечтать, написать, сходить, похлопотать... А потом кто-то из сознательных родителей сознался, что нечто подобное есть у них во дворе: дети затащили доски на дерево и устроили там домик из коробок (коробки - один из самых популярных материалов на детских игровых площадках в богатой буржуазной Европе). Родители, которые устали пугаться, глядя на все на это, взяли и по-взрослому укрепили доски проволокой. И все стали счастливы. И никаким СЭС и МЧС наши дети оказались не нужными, потому что инстанции приходят туда, где есть деньги, где есть бизнес. Так что бог с ним, с павильоном - вопрос о недвижимости на нашей самой скромной по европейским меркам стране нервирует больше всего. И с плейуокерами можно подождать - это вопрос другого уровня сложности, до реформы педагогического образования мы когда-нибудь еще доберемся. Но придумать что-то вместе с детьми, для детей, сделать это вместе - разве наши дети этого не заслуживают? P.S. Если у кого-то есть мысли, идеи, желания, а еще лучше - воля, звоните, оставляйте в редакции телефон, будем связываться, встречаться, думать. И делать. Чтобы другим тоже захотелось.