«Работали под магистральным газопроводом»: чем еще занимаются самарские горноспасатели

— Все застыли и смотрят на меня, у всех в глазах немой вопрос: «Это всё — конец?» Длина тоннеля — 600 метров. Если рабочие напоролись на трубу и пошел газ, то сделать ничего мы уже не сможем. Я смотрю на прибор, а он «пищит» не от природного газа, а от другого, не опасного для здоровья. Успокаиваю всех, мол, расслабьтесь. Но в тот момент было и смешно, и страшно одновременно, — начал рассказ о своей службе и. о. командира Приволжского военизированного горно-спасательного управления Владимир Нестеров. Эта история произошла при прокладке тоннеля на участке от монумента «Ракета» до улицы Полевой. В этом месте проходит магистральная газовая труба, и работать пришлось под ней. В какой-то момент раздался ужасный лязг, и щит, которым прокладывали тоннель, пришлось остановить. И в гробовой тишине запищал газоанализатор на груди у спасателя. Однако горноспасательный отряд работает не только в метро. Чем еще занимается это подразделение, о котором мало кто знает? Мы побывали на их базе и узнали все доподлинно. Управление военизированных горноспасательный частей в строительстве (ФГКУ «УВГСЧ в строительстве») сформировали в 1979 году по распоряжению совета министров СССР. Его создавали для обеспечения безопасности работ по строительству метро, тоннелей и других подземных сооружений, и входило в Министерство транспортного строительства СССР. В 2010 года УВГСЧ присоединилось к ГУ МЧС России. Самарский штаб насчитывает 27 человек. Всего же по всей России в ВГСЧ служат больше 240 горноспасателей. Проводные телефоны, пронумерованные ящики с вещами и рында на входе. Всё это можно увидеть на самарской базе горноспасательного отряда Поволжья. Рядом со входом — табло, поделённое на несколько частей. В одной — два указателя: станция метро «Алабинская» и Новокашпирская шахта. Именно эти два объекта находятся под пристальным вниманием горноспасателей в Самаре. Новокашпирская шахта (штольня) находится на берегу Саратовского водохранилища в Сызранском районе. С 20-х годов XX века здесь добывают горючий сланец и фосфориты, которые раньше использовали для отопления, сейчас — для производства медицинских и ветеринарных субстанций, вазелиновых масел, технических моющих средств, ветеринарных кремов и мазей. В другой части — 6 возможных сценариев ЧП, которые могут произойти: пожар, загазирование, взрыв, затопление, обрушение и поражение электрическим током. Но, как рассказали члены отряда, не только эти ситуации требуют их вмешательства. — Несколько недель назад мы помогали найти заблудившихся в Сокских штольнях туристов. Они забрались туда и не смогли найти выход. Но мы их быстро вывели наружу, — рассказал Владимир Нестеров. 20 лет назад на этом же объекте произошла трагедия: четверо студентов заблудились в штольнях и развели костёр, чтобы согреться. Однако из-за плохой вентиляции они отравились угарным газом. Прибывшие на место спасатели коммерческой службы спасения зашли в пещеры без специального оборудования и погибли от отравления. Для таких случаев у горноспасателей есть респираторы и специальные ранцевые системы дыхания. В 11-килограммовом аппарате есть всё необходимое для дыхания в опасной среде: баллон с кислородом, холодильник, респиратор, фильтр. Система замкнутая, то есть углекислый газ, который выделяется при дыхании, не выходит за её пределы, а остаётся в фильтре. К тому же его потом исследуют и проверяют, какие опасные вещества были в атмосфере в это время. Этим занимаются в аналитической лаборатории. На складе горноспасатели хранят неприкосновенные запасы порошкового огнетушителя, несколько кислородных баллонов, ручной гидравлический инструмент, форму, носилки, термосы для горячей пищи. А также — несколько бобин с проводами и трубками. Такая телефонная связь необходима во время работы под землёй. — Когда спускаешься в шахту, нужно постоянно быть на связи. С сотовыми телефонами это делать невозможно — стоит зайти за угол, и нет сигнала. Поэтому мы, как в старом кино или во времена ВОВ, крутим ручку, чтобы дозвониться, — пояснил Владимир Нестеров.