«Людям уже не нужны глыбы, как в 90-е»: какие надгробия сегодня в моде и как их производят в Самаре — видео

Все мы рано или поздно… там будем. А значит, ритуальный бизнес никогда не потеряет актуальности. Съемочная группа 63.RU отправилась на предприятие «Петра», где создают надгробия, чтобы показать изнутри это производство, в котором присутствует и настоящее искусство. Мы изучили все подробности и узнали, какие памятники сейчас в моде у самарцев.

«Петра» на рынке всего 3 года. Ее основатель Николай Шестаков, дизайнер по образованию, 10 лет работал в другой крупной компании:

— Там были большие объемы, научился справляться с таким потоком заказов. Но мне не нравилось, что большой объем заказов подразумевал типовые решения. Мне очень хотелось делать что-то интересное, эксклюзивное, — рассказывает он, почему решил создать свой бизнес.

История названия компании тоже интересная. Петра — это древний каменный город на территории Иордании, основанный в IV веке до нашей эры. В честь него Николай и назвал свое производство.

— Я был там на экскурсии, очень впечатлился, это настоящее чудо света. Посреди пустыни прямо в скале вырублен город. Очень красиво, и можно представить, как тяжело было его делать с технологиями того времени. Мне запомнилось. И когда настало время искать название для компании, то почему-то это первое, что в голову пришло, — вспоминает Николай.

Компания предлагает своим клиентам два варианта памятников: бюджетные типовые и по индивидуальным проектам, которые создаются с нуля.

— Типовые заготовки у нас лежат на складе всегда. Мы их достаем, выпиливаем, обрабатываем и за пару недель можем уже сделать памятник, — рассказывает Николай.

Эксклюзивные работы быстро не делаются. Создание таких комплексов может занимать полгода, а иногда и год:

— Одна только разработка дизайна может длиться несколько месяцев. Человек толком не понимает, что он хочет, но для него это важно, он готов потратить время. А нам в любом случае надо понять, в какую сторону двигаться. Мы просим что-то заскринить, принести какие-то фотки из интернета, чтобы хотя бы сориентироваться по цветам, по предпочтениям.

Сначала дизайнер рисует на бумаге эскиз памятника от руки. После того, как направление выбрано, он создает 3D-модель на компьютере. Когда клиент и дизайнер утверждают форму, материал и размер, надо выезжать на место и смотреть, как проект ляжет на ландшафт.

Площадка редко попадается идеальная, приходится выполнять дополнительные работы: заливать бетонную подушку, делать опорную стену, чтобы земля не поползла. Все эти работы и процесс установки памятника ведет специальный сотрудник:

— Сделать можно всё, но для чего-то понадобится дополнительная подготовка площадки. Наш дизайнер в молодости сам стоял с болгаркой. Он четко понимает, что возможно, а что нет. Что-то может быть сложно, да, мы намучаемся, но невозможного он не предложит.

Фантазию здесь могут ограничить только размеры участка — в них надо вписаться. Иначе заставят просто отпилить кусок памятника.

Работает компания с традиционными в этом деле камнями. Как правило, это гранит и иногда белый мрамор:

— Гранит мы заказываем в основном в Петрозаводске. Это Карелия, гранитное сердце России. Белый мрамор — в Коелге, это небольшое село на Урале. Из этого мрамора построен Храм Христа Спасителя в Москве. И патриарх Алексий II лично приехал туда и освятил весь карьер. Мы зимой ездили туда знакомиться, сейчас у нас прямые поставки оттуда идут.

Гранит — жесткий долговечный камень природного черного цвета. А на черном есть возможность качественно нанести портрет, и, разумеется, это цвет траура.

— Но сейчас люди уже не хотят просто чёрный памятник. Я все чаще слышу от заказчиков мнение, что это будет слишком скорбно. Говорят: «Давайте немножко добавим цвета», — рассказывает Николай.

Поэтому на производстве задействованы разные цвета гранита. Однако среди ассортимента, что сейчас не под санкциями, нет белого цвета. И тут на помощь приходит белый мрамор. В сравнении с гранитом он имеет как недостатки, так и преимущества.

— У гранита период распада — тысяча лет. А мрамор более мягкий, плотность меньше, поэтому он менее стойкий относительно гранита. Но условно сотню лет мрамор в любом случае простоит. Зато он максимально близок к каррарскому мрамору, из которого сделаны античные шедевры. Очень мелкое зерно, пластичность позволяют выполнять на нем мелкие детали, — объясняет директор «Петры».

Но с мрамором тяжело работать. По словам Николая Шестакова, из условных 10-ти больших блоков в работу пойдут один-два. Остальное годится только на щебенку. Кроме того, делать памятник только из мрамора непрактично. Обычно его комбинируют с гранитом:

— Основание в горизонтальной плоскости мы не рекомендуем делать мраморным, в него будет впитываться влага, он будет темнеть. А вертикальные элементы мы покрываем специальными пропитками, и потом все это будет уже дождем и снегом промываться.

В производстве памятников могут использовать еще и такой материал, как искусственный камень. Это эпоксидная смола. Но «Петра» с ним не работает.

— Когда-то на искусственный камень была мода, но время показало, что он плохо выдерживает атмосферные явления. Изделия из него становятся матовыми, выгорает блеск, они где-то лопаются. Да, у нас есть несколько вазочек из него, но их никто не покупает. Все хотят натуральный камень. Искусственные камни, может быть, даже более красивые. У них есть возможность создания сложных форм, но как они себя поведут? А ведь памятник ставится, пусть не на века, но на десятилетия, — объясняет Николай Шестаков.

Кроме того, каменный памятник могут разбавить сопутствующими деталями. Например, сделать цветные фото на керамике. По словам директора, такие фотографии часто заказывают на могилы участников СВО.

Металлические вставки вырезают лазером и покрывают специальным золочением:

— Это будет как элемент в каменной композиции: цветы, звезда, немножко акценты какие-то поставить. Но все эти вещи выполнят только на крупном производстве по металлообработке. У нас камнеобработка. В Самаре вообще нет такого производства, ближайшее — в Казани.

Полноценные статуи заказывают редко. Гораздо чаще — барельефы. По словам Николая Шестакова, сейчас осталось мало настоящих скульпторов. В основном, это пожилые люди, которые еще могут выполнить лицо с портретным сходством, но на полный объем у них просто не хватит сил.

— Статуи могут быть литые, — рассказывает дизайнер и скульптор «Петра» Армен. — Сначала делается макет по запросу заказчика: из пластилина или глины. Можно в масштабе, можно в натуральную величину, но обычно стараются сделать макет чуть больше конечного варианта. Макет мы отдаем на литье. Это может быть литье из бронзы, из чугуна, из алюминия, из композитного материала. Всё, что из металла делается, пустотелое. А если из композита, то вполне возможно, что будет полнотелая статуя.

В наши дни один из основных инструментов при вытачивании памятников — станок с ЧПУ (числовое программное управление — Прим. ред.). Однако после него в любом случае требуется ручная доводка, отшлифовка и полировка до блеска, поскольку после станка фактура изделия матовая.

Ручная это работа или на станке с ЧПУ — на итоговую стоимость не сильно повлияет:

— Многим кажется, что ЧПУ это что-то хитростное. Нет, очень часто на станке мы просто вытесываем простейшие геометрические фигуры. Но они будут четко соответствовать заданным размерам, все углы будут 90 градусов. Это не будет какой-то сложный рельеф, это будет геометрия, но идеальная.

Да, на станке с ЧПУ можно выпиливать и сложные формы, например, цветы. Мы своими глазами увидели, как этот аппарат делает розочки.

Но все же главное преимущество станка — точность параметров. Дело в том, что при создании памятника могут соединять несколько отдельных деталей, и в этом деле точность размеров должна быть максимальная, чтобы одна часть вошла в другую.

— Субъективно, конечно, но мне больше нравится ручная работа. Видна рука мастера, есть какая-то душа, — признается Николай Шестаков.

Изображение на камень наносится путем микросколов алмазной иглой. Чтобы получить идеальный портрет, лучше пройти несколько раз на слабом ударе. Если сразу выставить большую силу удара, сколы получатся крупные и пропадет чёткость изображения. А при слабом ударе будет недостаточный контраст, портрет окажется бледным.

В этом деле совершенство требует времени. Создание портрета по такой технологии может занять неделю.

— Плита размера 120 на 60 у нас стоит в районе 70 тысяч, — говорит директор. — Работа по вырезу — порядка 20 тысяч. Портрет и надпись — до 10 тысяч. Доставка и установкой под ключ — 10 тысяч. Я считаю, при нынешних ценах очень хорошее предложение.

На самом деле цена памятника сильнее всего зависит от его размера. Да, в стоимость закладывается сложность работ, сложность установки, но база цены — это объем камня в кубометрах. Соответственно, любой комплекс можно удешевить или сделать дороже за счет использования более тонких или более габаритных деталей: 

— Я считаю, что при величине метр на полметра, учитывая, что он еще и на постаменте будет стоять, тоньше 5 сантиметров не стоит делать просто из соображений устойчивости. Мы его должны засверлить и хотя бы на двенадцатую арматуру поставить, чтобы это все стояло нормально.

Цена дизайнерского проекта — вопрос открытый. Как показывает практика, уложиться в 100−200 тысяч не получится. Реальная стоимость начинается от 500 тысяч. Конечно, в работе с эксклюзивными заказами есть нюансы, которые усложняют производство. Во-первых, эксклюзивный проект — это нестандартные параметры заготовки.

Типовые заготовки на складе есть всегда, а нестандартные надо отдельно заказывать у производителя, указывая размеры, которые вычислит дизайнер. Иной раз приходится вымерять до сантиметров, чтобы готовый памятник выглядел именно так, как задумано. А поскольку каждая заготовка приходит в единственном числе, то с ней надо обращаться очень аккуратно.

— Дело не только в том, есть ли деньги, но и в том, насколько это важно для человека. Кто-то не хочет закапывать миллион. А кто-то хочет отдать дань памяти близкому человеку и может себе это позволить в финансовом плане. Таких людей небольшой процент, но в принципе много и не надо. Такие заказы невозможно быстро делать. У нас основной массив заказов — типовые проекты, а основной доход — индивидуальные, — говорит Николай Шестаков.

Еще один вопрос — когда ставить памятник. По мнению директора предприятия, для этого не обязательно ждать год. Достаточно, чтобы прошёл цикл осень-зима-весна, чтобы земля немного присела:

— Иногда говорят, что надо ждать, пока сядет земля и сложится гроб. Но гроб может лет 10−20 стоять. Нет. Наша задача перекрыть могилу так, чтобы даже если там вся земля усядет, то памятник устоял бы на основании. Он должен держаться на жёсткой, некопаной земле.

Николай считает, что лучше закрыть плитой всю могилу. Цветник есть смысл оставлять только тем, кто может регулярно ходить на кладбище и ухаживать за ним.

В деле создания памятников тоже важно следовать трендам. Как говорят специалисты, сегодня люди хотят интересной геометрии, что-то архитектурное. Например, погибшему летчику заказали комплекс с деталью в форме хвоста самолета.

Еще людей интересует работа с ландшафтом. Недавно «Петра» начинала делать комплексное озеленение.

— Когда удаются командировки в Москву, я всегда посещаю действующие кладбища, — рассказывает директор производства. — Не закрытые, где стоят огромные бандитские памятники, а действующие, где нынешние захоронения и свежие решения используются. Где-то мы подсматриваем европейские тренды в красоте, в лаконичности. Людям уже не нужны эти темные глыбы с выточенными из камня «Мерседесами», как в 90-е. Вкус, на мой взгляд, появился у заказчиков.

Поговорили мы и об особенностях похоронного бизнеса. Тут важно четко разделять изготовителей памятников и ритуальщиков. Памятники — это производство. Компаниям, которые от начала до конца все делают сами, требуются и производственные мощности, и склад камня.

— Часто бывает, что процессы объединяются. Люди, которые занимались похоронами, потом предлагают сделать и памятник. Но чаще всего речь идет об агентах, которые являются по сути перекупщиками. Содержать большое производство очень дорого, многие выбирают более легкий путь: киоск, продажи и заказ, — рассказывает Николай Шестаков.

По словам директора компании, проблема такого формата не в цене. Возможно, это даже обойдется дешевле. Вопрос в качестве, поскольку при таком подходе нет конечного ответственного:

— Человек, с кем вы подписали договор, вообще не участвует в изготовлении и монтаже памятника. У тех, кто это делает, с конечным заказчиком тоже диалога нет. Они отвечают перекупам, которые давят на них, чтобы получить самую низкую цену. И делается соответственно — по самой низкой цене. Изготовителю неохота вкладывать душу, силы и ресурсы в работу, когда он понимает, что делает это за копейки.

По словам Николая, когда «Петра» только запускалась и не было достаточного количества заказов, они начали работать с перекупщиками для финансовой подпитки. Сейчас компания вышла на тот объем, когда хватает своих заказов.

— Я выдохнул, перекрестился и отказался от работы с перекупщиками. Меня ужасает этот подход, — говорит директор фирмы.