«Ребят, это чудесное событие!»: огромный скрученный рельс поставили в центре Самары. И откопали из земли нечто уникальное

В сквере возле жилых башен «Баланс Тауэрс» показали будущий арт-объект художника Владимира Логутова — скрученный рельс из коллекции «Руины индустриального». Официально сквер еще не открыт, но именно здесь, на месте бывшей Линдовской железной дороги, прошла своеобразная «примерка» будущей точки притяжения. А незадолго до мероприятия строители случайно выкопали из земли настоящий рельс — реальный след той самой легендарной дороги.

Территория возле «Баланс Тауэрс» еще скрыта строительными заборами и техникой, но именно сюда 13 октября пригласили историков, краеведов, журналистов и лидеров мнений — посмотреть, как большой скрученный рельс самарского художника Владимира Логутова встанет на свое будущее место.

А буквально за несколько часов до «примерки» арт-объекта, во время земляных работ по благоустройству, рабочие подняли из грунта настоящий железнодорожный рельс — фрагмент Линдовской дороги. И эта находка действительно выглядит как знак.

— Ребят, на самом деле, сегодня произошло совершенно чудесное событие, — начала встречу коммерческий директор девелоперской компании «Альянс-Менеджмент» Мария Иванова. — Сегодня как раз была выкопана, найдена вот та реальная рельса, которая здесь проходила. Уж точно выбрасывать не хочется. Наверное, мы придумаем, как это зафиксировать, может быть, закапсулировать каким-то образом, потому что это, на самом деле, такая историческая веха.

Еще в 1896 году власти Самары отдали эту землю военному ведомству — под размещение 3-й запасной артиллерийской бригады. Район стал известен как Артиллерийский городок. А в 1919 году городку присвоили имя большевика Гавриила Линдова, который был убит мятежными красноармейцами. Отсюда — Линдовский овраг, улица, переулок, рынок и, позже, железная дорога.

Осень 1941 года. Идет активная эвакуация заводов из западных районов Советского Союза на восток, в том числе в Куйбышев. Одним из самых стратегически важных предприятий, которое нужно было эвакуировать, был Государственный подшипниковый завод № 1 из Москвы. Оборудования было настолько много, что его распределили по нескольким городам — Куйбышеву, Саратову, Свердловску и даже Томску.

Ту часть, что должна была приехать в Куйбышев, некуда было разместить: всем эвакуированным предприятиям на Безымянке места не хватило. Рассматривали завод клапанов, территорию Жигулевского пивоваренного завода и карбюраторный завод имени Тарасова — но все площадки оказались слишком маленькими и неприспособленными. И тогда кто-то из городских властей предложил разместить подшипниковый завод в Артиллерийском Линдовском городке: там было много зданий: казармы, конюшни, склады. Метраж подходящий, москвичи согласились.

Главная проблема — отопление. Центрального не было, в лучшем случае дровяное, а склады и конюшни не отапливались вовсе. Горячий пар, необходимый для оборудования, взять было негде. Решение нашли неожиданное: устроить временные котельные в топках паровозов — найти на железной дороге списанные паровозы и добывать из них тепло.

Но как доставить паровозы в этот «отшиб» города, каковым он был в 1941 году? Единственный способ — проложить железнодорожную ветку. На проекте строительства Линдовской железной дороги поставил свою подпись Вячеслав Молотов — заместитель председателя Совета народных комиссаров и нарком иностранных дел. Основные работы развернулись в апреле 1942 года и уже к 1 мая были завершены. Списанные паровозы привезли на территорию подшипникового завода.

Линдовская железная дорога начиналась как ответвление от той, что шла в поселок Красная Глинка, — где-то между улицами Товарной и Олимпийской. Оттуда она поворачивала к историческому центру. Дорога обслуживала завод имени Масленникова, завод имени Тарасова (карбюраторный) и 4-й Государственный подшипниковый завод.

Было ответвление вдоль улицы Советской Армии — появилось примерно в 1943–1944 годах, им пользовался еще асфальтобетонный завод на территории нынешнего кампуса Института связи. Были ответвления на складской корпус по улице Ольги Санфировой, которые железнодорожники называли «пупками»: в одном грузили продукцию пивзавода, в другом — завода «Бурмаш».

Была и своя станция — «Линдов городок». Ее здание до сих пор стоит напротив клиник медицинского университета.

Когда впоследствии корректировали генеральный план города 1937 года, Линдовская дорога невольно стала северной границей Безымянки. При строительстве металлургического завода ее перенесли на полтора километра — отсюда «угловатая» северная граница Безымянского кладбища. При строительстве шоколадной фабрики «Россия» трассу тоже немного поменяли.

Город рос — и дорога начала мешать. Если в 40–50-х годах она шла по пустырям, то в 60-х стали застраиваться номерные микрорайоны. Люди жаловались на шум от поездов. Сначала составы перестали курсировать ночью, потом появились новые ограничения. А строительство Куйбышевского метрополитена вбило еще один гвоздь в крышку гроба этой железной дороги — особенно на участке у завода Масленникова.

Одно из последних предприятий, пользовавшихся Линдовкой, — шоколадная фабрика «Россия». Она была крупнейшим предприятием Советского Союза по производству шоколада, и выбор в пользу Куйбышева сделали в том числе потому, что рядом проходила Линдовская дорога: тысячи тонн какао-бобов завозили по рельсам. Но лет пять назад фабрика от услуг дороги отказалась.

Сейчас, если дорога где-то и используется, то только на территории металлургического завода, — за высоким забором. А сами рельсы со шпалами до сих пор можно увидеть в 15-м микрорайоне.

Исторический контекст на встрече развернул краевед Андрей Артемов — именно он прочитал для собравшихся лекцию о значении этой земли.

— Это место помнит гудки поездов и ритм заводов. Мы возвращаем городу память о нем — через искусство, через образ, который останется здесь на десятилетия, — отметил он.

Артемов вместе с проектом «Другой город» стал соавтором первой попытки вернуть эту память: еще в 2023 году здесь появилась публичная выставка на заборе «Линдовка: дорога с историей».

— В 2023 году мы сделали совместно с Андреем Артемовым выставку, потому что решили зафиксировать память места, — пояснила Мария Иванова. — Важно, в том числе девелоперу, который строит в этом городе, дать городу что-то большее, чем, собственно, свой проект. Мы вскрыли этот исторический пласт и подарили городу.

Артемов также рассказал, что именно на месте нынешнего сквера у «Баланс Тауэрс» располагалась оранжерея и цех благоустройства 4-го ГПЗ — здесь разводили зелень и цветы. А за жилыми башнями до сих пор стоит здание бывшего железнодорожного цеха завода.

— Мне из всего рассказа понравилось то, что дорога заходила ровно в эту точку, — подвела итог Мария Иванова. — Мы не ошиблись. И то, что здесь находились цеха по благоустройству, выращивались оранжереи зелени, цветов, — и на этом месте будет сквер.

Дальше оставалось найти форму. Идеи были, но образ не складывался — пока на выставке не увидели крупноформатную работу современного художника Владимира Логутова.

— Его произведения, рельсы, они достаточно распространенные. Точнее, давно он с ними работает. Они есть в собраниях Третьяковской галереи и видных коллекционеров российских, — говорит Иванова. — И вот его последние серии — они большие по объему. Мы их увидели — и вы знаете, это как какой-то пробел закрылся.

Сам художник на «примерку» не приехал, но передал привет всем, кто пришел.

— Для меня появление этой скульптуры здесь — точное возвращение работы в исходную точку, — передал Логутов. — Объект, возникший из наблюдения за постиндустриальной Самарой, спустя годы оказывается на том же месте, но внутри нового городского контекста.

Скрученный металл, хранящий следы времени, на фоне стеклянных фасадов «Баланс Тауэрс» создает контраст, который здесь, кажется, и был задуман. Арт-объект балансирует между двумя ролями: мемориала и современного высказывания.

— Здесь будет мемориальная табличка, потому что этот проект соединяет в себе прошлое и будущее. Это так красиво смэтчилось, если честно, — признается Мария Иванова. — С одной стороны, мы фиксируем память места — это мемориальная история. С другой — современный арт-объект, устремленный в будущее.

Мария подчёркивает, что для Самары это редкость:

— Современных арт-объектов в Самаре по пальцам пересчитать. Не везде уместны памятники, а арт-объекты подчеркивают современный дух города. Теперь память места обретает материальную форму, — говорит она. — И хочется, чтобы работа Логутова все-таки была в Самаре и люди знали об этом. Володя — человек самарский, но известен в большей степени за пределами Самары, чем здесь.

Для самого художника это первый арт-объект в городском пространстве Самары.

Во время «примерки» организаторы сами впервые увидели, как скульптура встраивается в современный ландшафт: до этого она хранилась в галерее «ЗИМ».

Официально сквер откроют позже. А найденный рабочими рельс, судя по всему, тоже станет частью будущего пространства — как материальное доказательство того, что здесь действительно была дорога.

— У нашего прошлого большое будущее, — сказала Мария Иванова. — Сегодня правда исторический момент: много всего сошлось в одной точке.