Самарские врачи вставили протез в грудь ребенка

Темная вечерняя дорога. Удар — и резкая боль в груди, от которой теряешь сознание. Всё это пришлось пережить 16-летнему Егору Тормасову из Самарской области, который врезался в быка на сельской дороге. Мальчик ехал на мотоцикле. От удара у ребенка расслоилась аорта — это самый большой артериальный кровеносный сосуд. Но это выяснилось позже. А сначала — первичная помощь сельской медсестры, потом горбольница Жигулевска. А потом скорая помощь примчала мальчика в Самару: медлить было нельзя, а оперировать его в Жигулевске врачи не могли. Егор рассказал, что в день аварии они с другом возвращались домой от знакомых. Ребята живут в селе Солнечная Поляна, а большая часть их компании — из Жигулёвска. На улице уже стемнело, и скорость мотоцикла была примерно 60 километров в час. Впереди ехал друг Егора. Он первый увидел животное и среагировал, уйдя от столкновения. Егор же отъехать не успел, врезался в быка передним колесом, ударился в бедро животного и вылетел на дорогу. Всё, что было после удара, подросток вспоминает смутно и с неохотой. — Мне повезло, что сзади ехали два автомобиля. Они остановились, помогли мне встать. В это время друг поехал за отцом. Маме решили не говорить до последнего, она как раз была на работе. Мной занимались папа и наша местная медсестра, которая взяла нашатырь и не давала мне отключаться. Они отвезли меня в Жигулёвск, где мне сделали компьютерную томографию. Врачи заподозрили неладное и на скорой отправили сюда, в клиники СамГМУ, — рассказывает мальчик. Юного мотоциклиста привезли в больницу, когда там дежурил сердечно-сосудистый хирург Денис Черновалов, который заподозрил у пациента расслоение аорты. Расслоение аорты — это травма крупнейшей кровеносной артерии организма, которая приводит к тому, что кровь затекает между слоями стенок аорты и расслаивает их дальше. Если стенка полностью рвется, то происходит быстрая массивная кровопотеря. В более чем 95% случаев это приводит к смерти, даже если вовремя начато правильное лечение. Мальчика перевели в реанимацию, а данные томографии, которую сделали в Жигулёвской больнице, отправили в координационный центр, чтобы подать заявку на протез. — Этому мальчику дважды повезло. Его аорта отслоилась сильно, но полного разрыва сразу не произошло, и тромбы на время перекрыли рану. Вести такого пациента даже в реанимации очень сложно. Тромб в любое время может начать рассасываться, и тогда потребуется очень большая операция. Самым главным для нас было выждать время, чтобы успеть заказать и доставить протез. Для этого необходимо поддерживать очень низкие цифры артериального давления, примерно 80–90. Несмотря на то, что операция менее инвазивная, выполняться она должна только теми коллективами, которые умеют делать полостную. Случай с Егором был уникален. Мы применили протез, который ставили лишь третий раз в России. Это совершенно новый имплантат. Он имеет небольшие размеры, и это позволяет не выполнять сопутствующую операцию по переключению сосудов головного мозга. Цена таких операций велика настолько, что это возможно только на федеральные квоты. Сам протез, не считая работы врачей, стоит 700 000 рублей, — рассказал заведующий кафедрой и клиникой факультетской хирургии СамГМУ Алексей Вачёв. Обычно в таких случаях на спасение пациента есть 3–4 дня. Дальше может начаться воспаление аорты, которое приводит к размягчению стенок и последующему разрыву от любого движения. Если прошло 5–6 дней — помочь пострадавшему практически невозможно. В случае с Егором врачи смогли уложиться в отведенные сроки, на третьи сутки в Самару привезли протез, а на четвертые его поставили. Протез выглядит как цветочек. Его вводят через маленькое отверстие, так как в сложенном состоянии его диаметр не превышает и пары миллиметров. Внутри сосуда имплант раскрывают. Он уплотняет стенки аорты и предотвращает дальнейший разрыв тканей. Сейчас с Егором всё в порядке, и, кажется, можно вздохнуть спокойно. Прошла неделя, и его уже готовят к выписке. Чувство юмора и позитивное настроение подросток не потерял и на вопрос: «А как ты узнал, что врезался именно в быка?» — отвечает просто: «Корова по ощущениям, наверное, мягче». В память о происшествии у юного мотоциклиста остался небольшой шрам внизу живота, через который и ставили блок. Никаких разрезов нет, но если оперировать открыто, то пришлось бы буквально распиливать человека пополам, вскрывать от таза до сердца, к спине под лопаткой и до позвоночника. К слову, о мотоциклах Егору тоже придется забыть. Скрывать такое происшествие долго не получилось: — Страха умереть не было, больше боялся, что мама узнает. Как итог — мотоцикла у меня больше нет. Она отругала и сказала, что продаст его.