«На бумаге всё числилось на маме»: жильцы разрушенного беспилотником дома в Сызрани — о том, как они живут сейчас

Два месяца назад — 22 апреля 2026 года — в Сызрани произошла трагедия. В дом № 8 по улице Астраханской попал беспилотник. Один из подъездов обрушился. Погибли два человека. После атаки дом полностью расселили. Сейчас его жители заявляют, что многие из них могут остаться без компенсаций за утраченное жилье.

Екатерина Николаева — одна из активных жительниц дома. Ее квартира в третьем подъезде уцелела, но она, как и все остальные, не может туда вернуться. Екатерина, объединяя соседей, публично рассказывает о том, с чем сейчас сталкиваются люди, и задает вопросы чиновникам.

Власти же на данный момент создают новый механизм выплаты компенсаций. И обещают индивидуальный подход к каждому из жителей.

Подробности — в материале 63.RU.

В ту ночь Сызрань подверглась массированной атаке беспилотников. На территории города упало не менее 11 дронов. Один из них попал в четырехэтажный жилой дом на улице Астраханской.

Четыре квартиры были уничтожены полностью. На первом этаже жила женщина, которая накануне уехала на дачу и взяла с собой кота. На втором этаже квартира пустовала, хозяева давно переехали в Москву. На четвертом жила молодая семья с маленьким ребенком, их спасатели вытащили из-под завалов живыми .

На третьем этаже жила 63-летняя женщина с мужем. К ним в гости в тот день приехала 12-летняя внучка из соседнего района Сызрани. Тела бабушки и внучки спасатели нашли под обломками.

Весь дом на Астраханской, 8 признали аварийным. Жители были вынуждены его покинуть. Следственный комитет возбудил уголовное дело о теракте.

19 июня жильцы встречались с куратором от администрации. Им озвучили условия получения нового жилья. Его площадь будут считать по таким нормативам:

• 33 кв. метра — на одинокого человека;

• 42 кв. метра — на семью из двух человек;

• по 18 кв. метров на каждого — для семей от трех и более человек.

Эти нормативы не учитывают фактическую площадь утраченного жилья. Например, если человек был единственным собственником трехкомнатной квартиры площадью 75 кв. метров, по новым нормам ему полагается лишь 33 кв. метра.

В чате дома «Астраханская, 8» уже 130 участников, включая чиновников. Екатерина Николаева рассказывает нам истории соседей, которые публикуют там сами жильцы.

Квартира № 40. Четвертый этаж, четвертый подъезд. Там жила молодая семья — муж, жена и восьмилетний сын. Они были дома, когда прилетел дрон.

Сначала слышали сирену и гул. Успели укрыться в помещении без окон. Потом произошел взрыв и их квартиру в 75,9 кв. метра буквально разорвало на части. Спасатели потом вытащили их из-под обломков живыми.

Квартиру семья купила в 2022 году в ипотеку. Сделали капитальный ремонт, который съел все сбережения. Купили мебель, технику.

Им оказали положенную материальную помощь — сначала 15 675 рублей на каждого. Потом еще по 156 750 рублей. Итого — 517 275 рублей на семью.

А при расчете компенсации за утраченное жилье насчитали меньше 20 кв. метров из 75,9, которые у них были.

Лидия Николаевна, ветеран труда, жила в квартире площадью 37,2 квадратных метра. С новым дорогим ремонтом. Ванная и санузел выложены керамогранитом. Все сделано своими руками, на свои деньги. Ей насчитали компенсацию за 33 кв. метра.

«А где же мои деньги, которые остались за 4,2 метра?» — пишет она в соцсетях.

По соседству с Екатериной жила молодая пара — Настя и ее молодой человек. Они только начали жизнь вместе.

Квартиру оформили на маму Насти, потому что молодым сложнее получить ипотеку. А Настя с молодым человеком платили по кредиту, даже старались погашать досрочно. Вместе делали ремонт — клали плитку, клеили обои, выбирали мебель… После взрыва Настю спасатели вытаскивали с балкона.

В итоге молодым людям сказали, что им ничего не положено. Квартира оформлена на маму, а у мамы есть свое жилье. Значит, они не нуждаются.

«По факту для них опять всё заново. Без квартиры, без вещей. И самое обидное, они остались без ничего не потому, что не платили, не работали. А потому, что на бумаге всё числилось на маме», — сочувствует соседям Екатерина.

Мунира Идрисовна — пенсионерка, инвалид второй группы. Более 32 лет она проработала в детском саду № 45 в Сызрани. За свой труд удостоена регионального звания «Ветеран труда». Она жила в квартире № 36. Здесь прошла ее молодость, выросли ее дочь и внуки.

Право собственности на квартиру оформлено в трех долях. По равной доле принадлежит бабушке и двум ее внукам. При этом в квартире прописан только один человек. Сейчас семья живет в другом городе, но никогда не планировала продавать квартиру.

Теперь Мунира Идрисовна и ее внуки теряют это имущество из-за того, что у семьи есть другое жилье.

Еще одна ситуация. В квартире площадью 77 квадратных метров один собственник. Прописаны пять человек: муж, жена, ребенок и старшие родители.

У родителей в собственности есть два старых дома. В одном живет бабушка, в другом — дядя. Когда начали считать метры, эти два дома включили в общую площадь собственности. И вычли их из 77 квадратов. Так семья на данном этапе остается без компенсации — потому что у родителей в собственности есть другое жилье, где живут их старики.

Еще одна история, которую рассказала жительница дома. У нее было две квартиры:

• № 25 — 37 квадратов, оформлена в равных долях на нее и мужа. В ней они жили сами.

• № 12 — 74,5 квадрата. Квартиру взяли в ипотеку для детей. Там жила дочь с супругом и двумя несовершеннолетними детьми. На момент ЧП в этой квартире никто не был прописан — дети просто жили там, платили ипотеку. Выплатить оставалось всего 100 тысяч рублей.

На встрече с куратором от администрации владельца двух квартир не обнадежили: при расчете будет учитываться наличие иного жилого имущества. Поэтому компенсацию предоставят только за одну квартиру.

Пенсионерка. Жила одна. Квартира оформлена на дочь. Дочь живет в другом городе, у нее свое жилье. Бабушка — ветеран труда, 46 лет стажа. После атаки ее эвакуировали. Когда дочь приехала помогать с документами, выяснилось: бабушке не положена компенсация. Потому что собственник — дочь. А у дочери есть жилье.

«Бабушка осталась без ничего, — говорит Екатерина. — Ей даже на лекарства не хватает, а тут вопрос жилья».

У семьи есть дача. Вполне обычная — домик, грядки, туалет на улице. Зимой там не живут. Дача оформлена как объект индивидуального жилищного строительства. Когда начали считать квадраты, эту дачу включили в общую площадь жилья. Компенсация в итоге не положена.

«Там зимой даже туалет замерзает! — говорит Екатерина. — Нет газа, нет отопления, вода только летом из скважины. Как можно оставить семью без квартиры, потому что у них есть сарай с грядками?»

Екатерина подводит итог:

«Из всего дома только пара семей подходит под эти нормативы. Я прошу не за себя, а за соседей. Мы были как одна семья».

По словам жителей, чиновники из администрации Сызрани ссылаются на постановление Правительства РФ № 1327 от 16 октября 2019 года. Оно устанавливает нормативы для ЧС природного и техногенного характера — наводнений, пожаров, землетрясений и терактов.

Но жители дома не считают, что попадают под критерии и ситуации, описанные в данном постановлении, так как оно не удовлетворяет их права в полном объеме и оставляет пространство для сомнений и тревог. Но например, в Белгородской области, как рассказывают сами жильцы, расселение жителей разрушенных домов идет по другим механизмам, принятых в регионе. Соседи скидывают в чат документы из Белгорода, из которых следует, что атаки ВСУ там не подводятся под постановление № 1327.

Очевидно, что в Самарской области еще не хватает соответствующего опыта и нормативно-правовой базы. В ответ на сообщения жильцов в чате дома мэр Сызрани Сергей Володченков написал:

«Подождите пока с выводами, после вчерашней встречи и ваших предложений отрабатываем с правительством вопрос, чтобы упростить процедуру доведения и использования средств. Ждем краткую информацию по процедуре».

На днях с жителями дома по поручению губернатора Вячеслава Федорищева встретился министр строительства Самарской области Александр Фомин. Участвовали также глава Сызрани, представители прокуратуры и Следкома.

«В ходе беседы речь шла о компенсации гражданам за утерянное жилье. Часть из них будет произведена из федерального, часть из регионального бюджета. Министерство строительства, как сообщил его руководитель Александр Фомин, разрабатывает соответствующий нормативный правовой акт. Александр Фомин добавил, что ко всем ситуациям, в которые попали семьи жителей Сызрани, будет организован индивидуальный подход», — сообщило в своем официальном канале правительство Самарской области.

Таким образом, власти разрабатывают новый механизм компенсаций. Но, как говорят жители, конкретных цифр и сроков им пока не назвали.

Редакция 63.RU направила официальный запрос в Минстрой. Мы попросили разъяснить, почему не учитывается фактическая площадь, и уточнить, сколько семей уже получили выплаты.

Ответ пришел 22 июня за подписью Александра Фомина. В письме сказано, что вопросы рассматриваются индивидуально. Запрос затрагивает персональные данные. Поэтому ведомство «не располагает правовыми основаниями для предоставления запрашиваемых сведений». На этом же основании в Минстрое отказались комментировать и общие принципы расчета.

Сейчас в разрушенном доме установлены маячки на трещины. Весь дом признан аварийным. Жильцы ждут окончательного вердикта. Всю технику и мебель вынесли в гаражи.

«Даже если дом восстановят, мы туда не вернемся, — говорит Екатерина Николаева. — У нас многодетные семьи, пожилые люди. Как объяснить детям, что здесь безопасно?»

Редакция 63.RU также направила запрос в администрацию Сызрани. Ответ пока не пришел.