Как спасают альпинистов и почему не удается помочь Наталье Наговициной, застрявшей на пике Победы — рассказал эксперт

12 августа при спуске с пика Победы в Кыргызстане альпинистка Наталья Наговицина сломала ногу. Напарники оставили ей палатку, еду и воду, женщина осталась ждать помощи. Спасти ее пытались несколько раз, но успехом попытки не увенчались из-за погоды и сложности местности: пик Победы — семитысячник, очень сложная для восхождения гора. 27 августа Наталью Наговицину признали пропавшей без вести, но отправили к ней военный беспилотник. Он снял палатку Натальи, но признаков того, что женщина жива, не зафиксировал. С момента, как Наталья осталась на горе, прошло больше двух недель. Неделю же назад дрон записал видео, на котором Наговицина активно машет ему из палатки — то есть тогда женщина еще была жива. Журналист 59.RU попытался разобраться, почему за это время Наталье не смогли помочь, и поговорил с президентом федерации скалолазания и альпинизма в Пермском крае. Кратко о ЧП: в конце июля Наталья Наговицина, тюменец Роман, итальянец Лука и немец Гюнтер начали восхождение на пик Победы — горную вершину высотой 7439 метров. Она находится на хребте Какшаал-Тоо, высшей точке горной системы Тянь-Шань в Кыргызстане на границе с Китаем. 12 августа, когда Наталья уже спускалась, на высоте 7200 метров она сломала ногу. В тот момент Лука и Гюнтер уже ушли ниже, с Натальей был Роман — он оказал первую помощь и пошел вниз за иностранными компаньонами. 14 августа иностранцы поднялись до Натальи — передали еду, воду, горелку и спальник. 15 августа, на обратном пути погода испортилась, и у Луки случился отек мозга, в итоге он умер. 16 августа к Наталье отправился вертолет Ми-8 Минобороны Кыргызстана, но жестко приземлился на высоте 4600, четверо членов экипажа получили переломы. С 19 по 21 августа к Наталье запускали дрон — пермячка видела его и бодро махала рукой в камеру, но из-за опасности схода лавины добраться до Натальи не получилось. 23 августа спасоперацию остановили из-за резкого ухудшения погоды и плохого самочувствия лидера отряда. Очередная попытка была запланирована на 25 августа, но и в тот день реальная погода не соответствовала предварительному прогнозу. 26 августа, после обращения сына альпинистки к силовикам, глава Следкома Александр Бастрыкин поручил МЧС помочь спасти альпинистку. 27 августа движения в палатке дрон не зафиксировал. Почему не могут прийти и просто унести Президент федерации скалолазания и альпинизма Прикамья Евгений Чернышев просит учесть, что плохая погода на уровне моря и в горах — это две разные «плохие погоды». Шквалистый ветер, о котором нас предупреждает МЧС, на семитысячниках, по словам Евгения, «продувает насквозь». Примерная температура на таких высотах — это около -50. А плохая видимость — это буквально не дальше вытянутой руки, в таких условиях сложно разобраться, что вперед — это наверх, а назад — возвращение к спуску. Люди в горах теряют ориентацию на ровных участках. Ветер на таких высотах — это когда даже человек с экипировкой не может удержаться на ногах, а снег с ветром ощущаются как ледяные иглы, которые хлещут по лицу. «Без подготовки на такие высоты вообще не ходят. Нельзя просто выдернуть 10−20 здоровых мужиков снизу и сказать: „Давайте-ка сходите“. Это должны быть акклиматизированные люди, — местные, спасатели, люди, которые последние месяцы в горах. И даже акклиматизированным людям на таких высотах передвигаться очень сложно. Там низкий уровень кислорода, мозг получает его значительно меньше, — объясняет Евгений в разговоре с 59.RU. — Человек перестает соображать, у него быстро теряются силы, все передвижения становятся очень медленными. Сказать, что это усложняет жизнедеятельность, — ничего не сказать. Это реально на пределе человеческих возможностей. Мы внизу рассуждаем, что даже в плохую погоду можно тихонечко двигаться. Это не так». Евгений, как представитель сообщества альпинистов, убежден, что любая возможность спасения Натальи Наговициной использовалась бы, если бы это действительно было возможно. По его мнению, необходимы порядка 10 спасателей — здоровых акклиматизированных мужчин, таких в альпинизме называют конями. Акклиматизацию проходят в базовых лагерях на горе — специальных местах на безопасном и доступном участке горы, где есть временное жилье для отдыха, акклиматизации, подготовки перед восхождением на вершину. Акклиматизация занимает время. Спасателям нужно будет везти пострадавшего на подобии носилок — как на санях. В той местности им пришлось бы протащить альпинистку, в том числе, через гребень — самую высокую вытянутую часть горного хребта — длиной в три километра. «Тут высота 7000 метров и кислородная недостаточность. Самому по себе идти тяжело. А тут надо кого-то тащить, еще и по горам. Это критически сложно. Любая физическая нагрузка выжимает последние силы, потому что у тебя нет кислорода, твое тело не восстанавливается», — уточняет спортсмен. Почему не могут спасти на вертолете Что касается использования в такой ситуации вертолетов, не все типы этого транспорта могут выдержать горный воздух. «На высоте семи тысяч метров разреженный воздух. Тяжелому вертолету типа Ми-8 просто не хватает плотности воздуха, чтобы лопасти цеплялись за него и давали тягу наверх. На такие высоты летает еврокоптер — более легкий вертолет с длинной стропой внизу. Теоретически он может туда прилететь, но пилотов, обладающих опытом таких операций, по всему миру единицы. Нужна специальная подготовка», — считает Евгений Чернышев. При этом есть риск, что такой вертолет просто сдует шквалистым ветром. Его можно запускать только в условиях хорошей погоды. То же самое эксперт говорит и о дронах — технику попросту может сдуть. Евгений уточнил, что, например, в Приэльбрусье летают легкие вертолеты, но пилотов для их управления могут привезти даже из других стран. Сесть вертолет также может не везде — например, в месте, где находится Наталья Наговицина, нет просторной площадки, а только покатый склон. В ситуации с Натальей обыватели представляют еще один вариант спасения: к человеку подлетает вертолет, скидывает ему веревку, тот цепляется. Спасатели на вертолете действительно используют стропы — они длиной примерно 40 метров. Стропу опускают к месту, где находится пострадавший, он пристегивает ее к себе, и его увозят. Но проблема в том, что попасть веревкой в зону, где находится человек, сложно. Пилот должен владеть техникой, чтобы доставить конец веревки к альпинисту и его не сдуло ветром. Даже еврокоптер, по словам Евгения, зависает не статично — это вопрос турбулентности и опять же плотности воздуха. Редкое погодное окно В разговоре с 59.RU Евгений упомянул погодное окно. Это условное лето — холодное, но без ветра и с хорошей видимостью. Например, на Эверест все пытаются взойти в 10 дней погодного окна. После того как этот период заканчивается, в горах наступает осень и зима. Погоды, подходящей для восхождений, может не быть до следующего сезона. И даже если говорить о паре суток, когда погода снова наладится, спасатели никогда не знают наверняка, когда это случится. «Чем дольше человек лежит на семи тысячах метров, тем скорее заканчивается его ресурс. Еда заканчивается, воды нет, в таких условиях можно сколько-то протянуть, но сколько — непонятно. Поэтому ожидание имеет лимит. То, что она была бодрой на седьмой день, никто не опровергает, но сегодня уже не седьмой день, прошло две недели», — рассуждает Евгений. Эвакуация живых и погибших Большинство альпинистов считает, что рисковать жизнью — тем более нескольких человек — ради эвакуации тела смысла нет, рассказал президент федерации. Например, в истории есть случаи, когда за погибшим поднималась целая группа, и все погибали.