Успешный успех! Почему мы всё еще ведемся на обещания инфоцыган

Инфобизнес — явление далеко не новое, но в пандемию увлечение россиян онлайн-курсами, гайдами и марафонами обрело поистине эпический масштаб. Удобный график, дистанционный формат, харизматичные наставники, обещания успеха в карьере, бизнесе и личной жизни — казалось бы, что может пойти не так? Реальность, как обычно, вносит суровые коррективы в сказку о простом, понятном и светлом будущем, которое нам сулят создатели «авторских курсов» и «бизнес-семинаров». Мы узнали истории тех, кто учит жить, и тех, кто учится жить, чтобы разобраться в тонкостях продажи успеха в онлайне. Сколько стоит обман? Мы уже рассказывали историю Юлии, которая позволила (теперь уже бывшему) мужу втянуть себя в тренинг личностного роста, чтобы сохранить семью. На протяжении нескольких месяцев участников тренинга нагружали разными заданиями, самым странным из которых было ходить среди посторонних людей в нижнем белье. Организаторы тренинга требовали от участников привлекать к участию своих друзей и знакомых — так Юлия лишилась собственной лингвистической школы, попытавшись привести на занятия своего бизнес-партнера. Всё закончилось разводом с мужем. Юлия пыталась судиться с организаторами тренинга, но суд проиграла. Такие тренинги — самое радикальное «крыло» инфобизнеса, но общее впечатление от всех информационных продуктов часто формируется именно по ним. Еще несколько лет назад весь инфобизнес состоял только из тренингов и семинаров, но сегодня инвентарь образовательных услуг в России расширился многократно. Темы, форматы, спикеры есть на любой вкус и цвет — и кошелек. Один из самых обсуждаемых в России интернет-психологов, автор «Марафона желаний» Елена Блиновская, к примеру, предлагает клиентам базовый курс по цене от 2000 рублей, но со всеми дополнительными опциями ценник может вырасти до 200 тысяч рублей. На всем этом Блиновская, по данным Forbes, заработала в общей сложности 200 миллионов рублей. Есть курсы попроще. Популярный блогер Гусейн Гасанов, которого не раз обвиняли в мошенничестве, готов научить вас мышлению миллионера за демократичные 13 390 рублей — столько стоит его курс с таким названием. Наконец, всегда можно обратиться к тем, кто только делает первые шаги на поприще инфобизнеса и онлайн-обучения. Новички готовы идти на существенный дисконт. Правда, обычно сразу уточняют, что стоимость курсов повысится уже со следующего месяца — как правило, вдвое от первоначальной. Инфомошенничество = отсутствие экспертности Какие знания и навыки клиенты получают за эти деньги? Диапазон предложений очень широк: от 3D-моделирования за неделю до умения впускать в свою жизнь энергию денег. Динамика инфорынка такова, что зачастую инфобизнесмены-новички запускают свои курсы сразу после того, как сами только что прошли короткое обучение (а то и «марафон») у других инфобизнесменов. Анне 21 год, она блогер, практикует тета-хилинг (медитативная практика, признана антинаучной. — Прим. ред.), запускает собственные марафоны. На них она учит людей быть честными с собой, дает им практики заполнения колеса потребностей и прорабатывает обиды на родителей. — Это психологический марафон, там я учу своих учениц быть честными с собой, наслаждаться каждым прожитым днем. Результатов я не прогнозирую, но мои ученицы говорят, что я дарю им ощущение эмоционального подъема, инсайта, настоящего счастья. Я думаю, что это и есть результат, — рассказывает Анна. — А почему я вообще запустила этот марафон? Потому что я хочу поделиться с людьми своим опытом, мои друзья раньше часто обращались ко мне за советом. Я умею создать атмосферу, умею вдохновлять. Про свой марафон Анна пишет: «У вас на 100% поменяется мироощущение. Вы выйдете другим человеком!» Она обещает научить людей брать ответственность, получать подарки от мира и делать так, чтобы все желания исполнялись. Но кроме искреннего стремления помочь людям, за плечами у Анны только курсы тета-хилинга. По ее заявлениям, на своем марафоне она дает «психологическую базу». В эту базу, согласно учебнику для будущих психологов Роберта Немова, входят знания о генетике, нервной системе человека, процессах психики и многом другом. Тета-хилинга в этом списке нет. К Елене Блиновской тоже есть вопросы по поводу ее навыков психолога. В интервью с Ксенией Собчак она не могла внятно рассказать о своем образовании и опыте работы. Неизвестно, проходит ли она супервизию и посещает ли психотерапевта. А обязательные визиты специалиста к психотерапевту — это, например, одно из требований, которое предъявляет к своим участникам Профессиональная психотерапевтическая лига. В инфобизнесе, разумеется, есть те, кто четко формулирует результат, на который могут рассчитывать их клиенты. Или, по крайней мере, честно предупреждает — чтобы добиться результата, клиенту придется самому как следует поработать. Но их трудно разглядеть в огромном ворохе новых курсов, гайдов и марафонов, которые ежедневно мелькают в лентах наших соцсетей. «Потеряшки» и коучи: для чего нам нужны онлайн-курсы? Проблема нечетких результатов онлайн-обучения часто заключается в нас самих. Мы не всегда сами знаем, что хотим получить от того или иного курса. Многие идут на курсы и тренинги за поиском внутренних смыслов. Директор «Коучинг-центра Станислава Гринберга» Евгений Гринберг обозначает таких людей как «потеряшек» — это люди, которые утратили смысл работы и жизни. Нередко это женщины после декрета, люди, чей бизнес провалился, или те, кто не может найти себя в жизни. — Иногда непонятно, что человеку зайдет. Коучинг работает под запрос клиента. Коуч не дает советов, как это делает психолог, а задает классические вопросы: «что ты хочешь?», «как ты поймешь, что ты этого достиг»?, «почему для тебя это важно?», «как изменится твоя жизнь после того, как ты в нее интегрируешь эти знания?» И потом всё это сводится к общему знаменателю, которому стараются уделить внимание наши тренеры в работе с клиентами. В центр, которым управляет Гринберг, приходят три категории клиентов в зависимости от их запросов. Одни сами хотят стать коучами или получить новые навыки коучинга. Вторые — владельцы и руководители бизнесов, которые хотят расширить свой взгляд на взаимодействие людей внутри компании и вообще на ее устройство. Третья категория — собственно, «потеряшки». — Коучинг не гарантирует результатов, — говорит глава центра. — Человек, если он реально чего-то хочет достичь, этого достигнет. Просто с коучем он может сделать это, условно, вдвое быстрее и кайфовее. Человек устроен так, что не может задать себе неудобный вопрос. А коуч может. Как правило, на вопрос, который мы себе задаем и с которым приходим на обучение, у нас уже есть ответ, и мы можем себя в чем-то обманывать. А когда человек со стороны наблюдает и задает вопросы, то клиент по-другому начинает смотреть на себя и на свои действия, которые ведут его к результату, на свой путь к цели. И достижение цели случается быстрее. Впрочем, добавляет Гринберг, центр предъявляет конкретные требования к клиентам. Как в любом вузе, тут смотрят на посещаемость и объемы практики, а в конце проводят тестирование или экзамен, на основании которых выдаются сертификаты. — Когда человек только начинает обучаться, мы договариваемся, какой результат он в конце сессии хочет получить. Это называется контракт на сессию. И там всегда есть связь с экологичностью — настолько вообще результат тебе подвластен, насколько он безопасен для достижения и насколько он реалистичен. Если человек сверился и понял, что он может этого достичь, но от сессии к сессии он с этим не справляется, то задается уточняющий вопрос. Если коуч видит, что у человека просто нет энергии на достижение цели и идет больше запрос психологический, то клиенту советуют обратиться к психологу, чтобы разобраться с состоянием, а потом вернуться в коучинговую практику. С курсами по прикладным навыкам и технологиям, где, казалось бы, можно гарантировать конкретный результат, тоже не всё просто. Автообозреватель портала 66.RU Кирилл Зайцев прошел короткий курс обучения 3D-моделированию и в колонке для своего издания так описал итоги этого мероприятия: — Первый фундаментальный косяк онлайн-курсов «профессия за 3 дня»: абсолютное отсутствие, собственно, фундамента, теоретической базы. В лучшем случае первый час туториала будет отведен разбору основных понятий, но и этого мало: дальше всю дорогу придется под рукой держать список необходимых терминов и поминутно сверяться с «Гуглом». Второй фундаментальный косяк — отсутствие хоть какого-то комплекса, охвата, широты. Максимум, что можно вынести из туториалов, — запомнить назначение основных кнопок и значение каких-то пунктов меню для выполнения одной-двух простейших задач. А дальше ты сталкиваешься с тем, что знания из «уроков» и «марафонов» с трудом поддаются масштабированию и воспроизведению за пределами уроков. Тебе показали минимально возможный набор базовых манипуляций под соусом «освой профессию будущего». — Надо еще выучить сотни вещей и очень долго практиковаться, чтобы твой навык резки хлеба трансформировался во что-то похожее на искусство повара, — отмечает Зайцев. В противовес этой ситуации — опыт обучения Алексея Паутова, владельца музыкальной школы «Припев». Выйдя из предыдущего своего проекта со значительными потерями, он искал вдохновение для старта нового дела в бизнес-курсах. И в целом остался доволен итогами: — Было такое, что не сработало, но вообще эффект от учебы обычно виден сразу. Да, было однажды, мы взяли достаточно дорогую программу, и она у нас не пошла — тогда и не окупили обучение. В программе курса проблем не было — это мы неправильно сформировали запрос. С мошенничеством мы никогда не сталкивались. Я лично обучаюсь больше 10 лет, еще тогда, когда на старте «Бизнес-молодость» была. И мне это очень сильно помогло в свое время, я до сих пор общаюсь с людьми, с которыми познакомился. Знания, которые я там получил, я очень быстро окупил. Почему мы ведемся на инфомошенников и как перестать это делать? Инфобизнес хотя бы в силу своих стремительно разрастающихся масштабов — явление очень разнообразное и плохо контролируемое. Никаких образовательных стандартов и критериев качества для бесконечных «марафонов желаний» и «курсов простого женского счастья» в высоких кабинетах еще не придумали. Поэтому ориентироваться в этом бурном потоке человеку неискушенному крайне тяжело. Тяжело будет даже понять, принесло ли обучение какие-то результаты или нет. Потому что непонятно, а каким вообще должен быть этот результат. Это открывает большой простор для тех, кого сегодня называют модным словом «инфоцыгане» — подразумевая под этим в первую очередь мошенников. — Ни один человек, который зарабатывает 5 миллионов рублей в месяц, не будет делиться с широкой аудиторией секретом такого заработка — уверен SЕО-эксперт Александр Мишук. — Главная мотивация инфомошенников здесь — получение как можно большей прибыли. И очень часто такие псевдотренеры не несут никакой юридической ответственности в будущем — ведь за курс заплачено, а люди, накачанные сверхмотивацией, по собственной воле влезают в долги и берут кредиты. Директор коммуникационного агентства Magic, Inc Платон Маматов отмечает, что инфомошенники наносят вред только тем людям, которые сами же к ним и идут. Типичная жертва инфоцыган, по версии Маматова, обладает определенными складом ума, образом жизни и характером — это мечтатели, верящие в чудеса. — Почему люди складывали свои деньги в «МММ», причем даже после того, как эта организация прогорела? Почему люди покупают волшебные одеяла и камни? Потому что людям свойственна страсть к халяве — человек так устроен, что стремится получить максимум результата, приложив минимум усилий. Не заработать миллион честным трудом, а получить его быстро и легко — эта страсть абсолютно понятна, — рассуждает Маматов. — Проблема тут в другом: это не работает в реальной жизни. Отличить мошенников от тех, чьи курсы и семинары могут принести реальную пользу, в нынешнем разнообразии информационных продуктов тяжело. Но некоторые правила выбора стоящих курсов всё же есть. — Самое первое — это вообще посмотреть, где аккредитована та или иная программа, по которой обучают, — говорит Евгений Гринберг из «Коучинг-центра Станислава Гринберга». — Если обращаются к коучу, то надо как минимум запросить у него сертификаты, посмотреть, в какой школе он обучался. И выйти на школу — аккредитована ли, в каком году появилась, что про нее пишут. Другой метод — как можно четче и точнее формулировать запрос, который человек планирует удовлетворить с помощью обучения. Алексей Паутов из школы «Припев» приводит такой пример: — Допустим, у нас сейчас запрос на развитие франшизы. И мы ищем, кто в России круче всего разбирается во франшизах, ищем конкретно этого человека. После этого я ищу знакомых, которые у него учились, запрашиваю у них отзывы. Это всегда какой-то конкретный запрос, какая-то конкретная боль и мы идем ее решать — к конкретному человеку. Обычно чем больше стоит обучение — тем лучше результаты, тем лучше оно окупается. Мы страхуемся всегда — используем только отзывы знакомых, сарафанное радио. Нам очень часто что-то предлагают — но мы не так уж часто на что-то соглашаемся.