«Мамочка, спаси меня!»: приставы забрали у матери 6-летнего сына и передали мужу — она заявила в СКР

Громкий скандал произошел на прошлой неделе в Новосибирске — трое неизвестных выхватили ребенка у матери и увезли его в неизвестном направлении. О случившемся женщина рассказала в своем Instagram. Мы пообщались с ней и узнали обстоятельства происшествия. Оказалось, что к похищению мальчика имеет отношение ее муж и судебные приставы, а обращение в полицию не дало никаких результатов. К делу подключились следователи — подробности в материале Ольги Кирсановой. Ребенок как способ манипуляции История выяснения отношений между Анастасией и ее мужем Вячеславом длится уже 10 месяцев. В браке они прожили 15 лет, но в последние годы, с ее слов, муж начал часто злоупотреблять алкоголем и поколачивать ее и их 6-летнего сына Егора. После очередного скандала с разборками Анастасия взяла сына и ушла от мужа. На тот момент она уже была беременна вторым ребенком. В июне родилась дочь, но ее появление на свет не спасло семью, и супруги начали бракоразводный процесс. Вместе с тем начался имущественный спор и битва за сына. Пока она была в роддоме, 6-летний Егор находился с отцом и тот полностью занимался сыном. Выписавшись из больницы, Анастасия с дочкой поселились у ее родителей в частном доме в Кировском районе Новосибирска. Мать хотела забрать и сына, но отец уехал с ним путешествовать. — По стечению обстоятельств в это же время было предварительное заседание суда по временному определению места проживания сына на период всех судебных разбирательств. У нас иск большой: там и развод, алименты, раздел имущества, оспаривание сделок и определение постоянного места проживания детей. Нам разделили всё это в два производства: алименты в одно, а имущество в другое. Исходя из того, что суды будут идти долго, а ребенку нужно проживать с кем-то из родителей всё это время до определения постоянного проживания, этот вопрос нужно было решить сейчас, — объясняет Анастасия. Так как Егор на тот момент находился с отцом, решили его не дергать, несмотря на привязанность ребенка к матери. Как объяснили Анастасии юристы, практика суда такова — с кем на данный момент ребенок находится, с тем и оставляют. Она получила график общения: один выходной на четной неделе и два выходных на нечетной. Так прошли два месяца — она забирала сына на выходные согласно определенному судом графику. — Для всех это очень было тяжело, особенно для Егора. При каждом расставании истерика и крики «Мамочка, не уезжай! Не оставляй меня!». Возвращаться к отцу не хотел. Я пыталась с мужем договориться, но он угрожал мне приставами, что приедут и заберут сына насильно и на законных основаниях. И сквозь слезы мне приходилось отвозить ребенка обратно к отцу, чтобы избежать всех этих концертов. Так продолжалось до сентября. Именно с того времени муж начал препятствовать нашему с сыном общению: видел, как ребенок ко мне тянется, побоялся, что он останется у меня. Начал придумывать разные отговорки, чтобы мне его не давать. Мне почти удалось забрать Егора в сентябре в выходной, определенный судом, но муж меня избил. Я сняла побои в бюро судмедэкспертизы и написала на него заявление. После этого Вячеслав разрешил взять сына. А когда пришло время его возвращать, сын запаниковал, начал плакать, чтобы я его не отдавала отцу. Егор позвонил отцу и сказал, что хочет пожить со мной, но просил его приезжать к нему в гости сюда. И муж с сыном общались, никаких препятствий не было с моей стороны, — пояснила женщина. Как она вспоминает, в это же время Вячеслав писал заявления в полицию, что жена не дает встречаться с ребенком. Обратился в прокуратуру и добился для жены запрета на выезд из России. Также подал в розыск ее и сына. Помимо этого, Анастасия утверждает, что за ней постоянно следили нанятые мужем частные детективы. По ее словам, периодически Вячеслав приезжал с полицией, тарабанил в окна, пугая детей, пытался забрать их у нее. А получив исполнительный лист, он приехал с приставами. Визит пьяного пристава Первая стычка Анастасии с представителями власти произошла 6 декабря, когда она с детьми была в гостях у сестры. Там же была мать Анастасии, а ее отца они ждали позже. И когда он позвонил в домофон, девушка, ничего не заподозрив, открыла ему дверь в подъезд. Вместе с ним зашел незнакомый мужчина в штатском и подошел к двери квартиры, где гостила семья. — Когда я открыла отцу дверь, незнакомец оттолкнул моего отца, а сам начал ломиться в квартиру. Он был пьян, вел себя неадекватно, устроил дебош, кричал: «Отдайте мне ребенка!». Я напугалась, начала звать на помощь. Вышел мужчина из соседней квартиры и отпихнул дебошира от нашей квартиры. Так как незваный гость не представился нам и не показал документы, мы подумали, что это либо ограбление, либо похищение. Мужчина набросился на маму и стал пинать ногами. На следующий день она сняла побои и написала заявление на нападавшего. О том, что это пристав, мы узнали, когда нашли жетон сотрудника УФССП, который он потерял во время потасовки. Жетон потом мы отнесли в полицию. Все это произошло на глазах у шестилетнего Егора. Анастасия утверждает, что у сына была истерика: он кричал и плакал. После того, как незнакомца вытолкали из квартиры, на их этаж поднялось несколько человек, среди которых трое были в форме приставов, двое полицейских, муж Анастасии и еще двое незнакомых. — Все восемь человек ломились в квартиру и хотели забрать моего сына. Продолжалось всё это с 17:00 до 22:00. Потом мы выяснили, как зовут пьяного пристава. Мы писали об инциденте главному приставу, но он защищает своего подчиненного, говорит, что это клевета и что это мы напали на сотрудника при исполнении, — упавшим голосом говорит собеседница. Находясь на грани нервного срыва после случившегося, Анастасия поехала в отдел опеки и рассказала о случившемся начальнику. Специалист предложила ей написать заявление, чтобы остановить исполнительное производство. Она последовала совету представителя опеки, но суд ей отказал. Между тем Егор продолжал жить с матерью. 15 декабря мать мальчика пришла в отдел Кировского УФССП подтвердить приставу-исполнителю, что не скрывается и объявление ее с сыном в розыск было лишним. — Она настаивала, что я скрываюсь. Муж рассказал ей, что не даю общаться с сыном. Я показала фотографии с датой и временем, где муж с сыном проводят время вместе. Она пообещала насильно не изымать ребенка, но чтобы я не препятствовала общению отца и сына. На этом и разошлись. Однако на следующий день, по словам собеседницы, произошла вторая стычка с участием сотрудников УФССП. «Добровольная передача» попала на видео После приема у врача Анастасия с Егором приехали к знакомой в Краснообск, где их ждали бабушка и дедушка. Но до их квартиры матери с сыном дойти не удалось — трое мужчин подбежали к ним: один схватил женщину, другой мальчика, а третий снимал все на телефон. — Машина, из которой выскочили эти люди, была без логотипов и опознавательных знаков. Один из мужчин, в камуфлированной одежде, скрутил меня, закрыл мне рукой рот, а руки вывернул за спину. Второй был в штатском. Я узнала его — это был тот самый пристав, который в пьяном состоянии ломился в квартиру моей сестры за 10 дней до этого. Он ослепил меня фонариком. Третий схватил моего сына и побежал с ним в неизвестном направлении. Егор кричал: «Мамочка, спаси меня!». Я бежала за машиной, на которой увозили моего сына, пока не упала, — с волнением вспоминает Анастасия. Женщина тут же обратилась в полицию и сообщила о похищении. Правоохранители приняли заявление, посмотрели предоставленную заявительницей видеозапись, выяснили, что автомобиль принадлежит сотруднику УФССП. Сотрудник полиции связался с ним и пристав ему признался, что это они забрали ребенка. При этом отметил, что передача была добровольной, в присутствии полиции, сотрудника ПДН, опеки и психолога. В подтверждение законности действий пристав скинул в отдел исполнительный лист и определение суда. Полицейский поставил мать в известность, что ребенок передан законному представителю согласно решению суда. Дозвониться до супруга Настя не смогла — его телефон был не доступен. До сих пор муж не выходит с ней на связь. Было лишь одно сообщение от него, в котором он коротко написал: «Егор не хочет с тобой общаться». — У начальницы отдела опеки я спросила, присутствовал ли кто-то из них во время «добровольной передачи» моего ребенка, она ответила, что нет. Также рассказала очень интересную историю. Приставы позвонили ей в 18:30 и сообщили, что на вечер запланирована передача моего сына законному представителю, и пригласили поприсутствовать. Сотрудники опеки тут же вызвали такси и уже были в пути, когда тот же пристав позвонил им и сказал, что добровольная передача уже состоялась и они могут не приезжать. Они позвонили опеке в 18:30, а ребенка у меня забрали в 17:30. То есть они позвонили опеке постфактум. Но еще меня возмущают действия судебных приставов. На каком основании они применяли ко мне физическую силу, выкручивали руки и закрывали мне рот? — возмущается собеседница. Анастасия обратилась с заявлением в Следственный комитет. Корреспонденту НГС подтвердили факт обращения и пояснили, что по данному факту проводится проверка. Всё дело в имуществе Впереди у супругов судебные процессы по разделу имущества и будущему сына. Анастасия считает, что Вячеслав подобными действиями преследует корыстные цели. По ее мнению, ребенок ему нужен для того, чтобы вынудить жену отказаться от прав на имущество. — Я ж подала иск на оспаривание сделок по разделу имущества, которого у нас более чем на 50 миллионов. У нас был совместный бизнес по сдаче в аренду помещений, который он также переписал на мать, но деньги от аренды получает. Сам ребенок ему не нужен. Если б он его любил, то не допустил бы того, чтобы Егор получил психологическую травму. Психика у сына травмирована, это — факт, — объясняет женщина. Она рассказала НГС о событиях, предшествующих конфликту. Четыре года назад глава семьи получил от жены нотариальное согласие на распоряжение всем совместным имуществом. По ее словам, он пожаловался супруге, что на него «наезжают» судебные приставы за банкротство юрлица, грозят арестом имущества, и надо всё быстро переоформлять на другого человека. И спешно переоформил всё на свою пожилую мать. — Он сказал, что эти меры временные, что через полгода банкротство будет закрытым, и мое согласие тоже действует полгода. Я всё подписала не глядя, так как была погружена в воспитание тогда еще маленького сына, — разводит руками обманутая женщина. Связаться со второй стороной НГС удалось, но Вячеслав Николаевич сказал, что не слышит корреспондента, бросил трубку, а потом и вовсе отключил телефон. На сообщение он также не ответил. По данным системы «Контур.Фокус», отец ребенка является владельцем или совладельцем нескольких компаний, в том числе специализирующейся на сдаче в аренду недвижимости. В ответ на официальный запрос НГС пресс-служба УФССП по Новосибирской области сообщила, что о причастности судебного пристава к инциденту с передачей малолетнего ребенка ведомством проводится проверка. — На основании решения суда 6 и 16 декабря 2021 года в отношении данной гражданки судебными приставами проводился комплекс исполнительных действий в рамках исполнительного производства по розыску ребенка, находящегося в исполнительном розыске. Должница (мать ребенка) намеренно скрывала ребенка, своими действиями препятствовала судебным приставам в исполнении решения суда. В настоящее время по информации о незаконных действиях судебного пристава 6 и 16 декабря 2021 года проводится проверка, — заявили в региональном ведомстве.