«Красоту грех прятать!»: откровения мамы самарской девочки-модели

Она такая малышка, но выглядит как взрослая. Похожа на куклу, но такая живая. Юле Пеннер всего 8 лет, а она уже успешная модель. Каково маленькой девочке в этом суровом бизнесе? И что он делает с ребенком? Об этом 63.RU рассказала мама юной модели, Наталья.

Юля родилась в обычной семье. Мама — воспитатель дошкольных групп в школе № 176, папа — военнослужащий. Свою кукольную внешность, по словам родных, девочка унаследовала от бабушки.

— Как по мне, она похожа сама на себя. От всех что-то взяла. Но глаза у нее, как у моей мамы. Поэтому дед уверен, что она на 100 процентов похожа на бабушку. А вот папа считает, что она похожа на него, — смеется Наталья.

Занятие моделингом ни для Юли, ни для ее мамы не было самоцелью. Но обстоятельства этому способствовали.

— Я с малых лет поддерживала ее активность. Мы ходили в детский епархиальный центр, где бесплатно можно было посещать множество кружков. На всё ходили, что возможно. Два года назад от знакомых случайно узнали о модельных кастингах в торговых центрах — тогда они были бесплатными. Сходили на несколько. Плюс был в любом случае — хорошие, качественные фотографии. Но на одном из кастингов мы попали в десятку лучших и выиграли бесплатный трехмесячный курс обучения в модельной школе. И нас обеих затянуло, — рассказала мама модели.

Несмотря на свою кукольную внешность, Юля — настоящий сорванец. Она тянется к людям, любит общаться и веселиться.

— Дочка — зажигалка. Звезда двора, душа компании. Я пробовала водить ее в хор, в танцевальные коллективы. Но это всё не то. Тяжело видеть своего ребенка где-то в пятом ряду. Грех красоту прятать! Грех сидеть где-то в уголке или танцевать в массовке. Мне всегда хотелось, чтобы она развивала свою индивидуальность. Чтобы она осознавала, понимала себя и принимала свою красоту, — объяснила Наталья.

За два года Юля многого добилась. В модельной школе ее научили позировать, ходить по подиуму. Также были уроки актерского мастерства. Девочка уже снялась для нескольких рекламных каталогов, представляла линию детской одежды Marry Weddy и даже поучаствовала в спорной фотосессии.

— У Юли моделинг сразу как-то пошел. Я с детства за ней бегала с фотоаппаратом. У нас миллиард фотографий. Поэтому к тому моменту, когда мы пришли на кастинг, у нее вообще никакого стеснения не было. Она просто даже не замечает камеру. Сейчас профессиональная фотосессия для нее — норма жизни. И результаты ее работы людям нравятся. Юлина фотография даже вошла в число лучших на мировом конкурсе. Эта работа ко Дню Победы с фотографом Сергеем Ярилиным. Съемка проходила, когда в интернете развивался негатив относительно того, что детей наряжают в военную форму. Мы показали, что носить эту форму малышам не стыдно, а почетно. Это то, о чём надо говорить и что надо показывать, — считает Наталья.

Несмотря на такой успех, мама юной модели настаивает, что коммерческой выгоды в этом виде деятельности ее дочери она не видит:

— Во-первых, у нас нет такой цели. Мы будем заниматься этим только до тех пор, пока Юле это приносит удовольствие. Во-вторых, детский моделинг требует вложений. Я даже и подумать не могла вначале, сколько нужно денег. Нам повезло. Первую фотосессию мы выиграли. Потом нас заметили другие фотографы. Приглашают на съемки. А вообще за портфолио, за обучение в модельной школе надо платить. Плюс прически, макияж, наряды. К тому же дети-модели ничего не зарабатывают. Нет никаких бонусов, подарков. Сейчас вкладываемся мы. Хотя я Юлю учу, что любой труд должен быть оплачен. Пока во многом я ее мотивирую, делаю сюрпризы, поощряю. Но если этого не будет делать никто, тогда зачем вообще таким делом заниматься? И речь идет не только о материальных вещах. Нужно заниматься тем, что дает тебе энергию.

Кажется, сама Юля это уже понимает, пускай и неосознанно. Говорит, что фотосессии ей приносят радость.

— В школу ходить я не очень люблю. Там много заданий дают. А моделингом заниматься нравится: наряжаться, фотографироваться. Потом такие красивые фотографии получаются! Вот только друзьям я практически не говорю, что модель. Стесняюсь немножко, — признается Юля.

Будущее в профессии модели ни мама, ни дочь не видят. Сама Юля мечтает стать архитектором, объясняя это тем, что любит рисовать, возиться с бумагой. Мама же хочет, чтобы девочка получила хорошее образование:

— Юля с успехом окончила первый класс. И мне хочется, чтобы она получила все нужные знания в школе. Помимо моделинга, она занимается бальными танцами, в школе посещает кружки по бисероплетению, лепке из полимерной глины, изостудию. Старается всё успевать. С папой занимается спортом, катается на роликах и велосипеде. И при этом не жалуется, что устает. Успехи в моделинге — ее личная заслуга. Хотя за эти два года у Юли появилась уже некая звездность, капризы. Поэтому я не хочу тиражировать ее образ. Сейчас мы работаем только с топовыми фотографами, которые быстро находят общий язык с ребенком и за 10 минут создают шедевры. Думаю, общение с интересными людьми пойдет ей на пользу. Я хочу, чтобы в будущем из всего этого разнообразия она выбрала самое интересное и достигла в этом профессионального успеха.

По словам Натальи, в следующем году Юля поборется за победу в конкурсе Superface. Но есть опасения, что конкуренция будет очень жесткой.

— Она и сейчас присутствует в модельной школе, если кого-то из девочек выбирают для рекламных съемок. Юля, например, станет лицом салона свадебных и вечерних платьев с еще одной маленькой моделью. Другим участницам кастинга было обидно, ревновали. А на таких больших конкурсах, как Superface, еще сложнее. Слышала, что маме одной из самарских участниц пришлось удалить все фотографии дочери из социальных сетей, потому что началась настоящая травля ребенка. Мы, к счастью, пока с этим не сталкивались.