«Спасибо, что Круга не сыграли»: почему Россия сошла с ума от кавера Metallica на «Группу крови»

Монстры мирового рока Metallica произвели фурор на всю Россию, сыграв на своем концерте в «Лужниках» неловкий кавер на хит Виктора Цоя «Группа крови». Замдиректора Сети городских порталов Анатолий Ефремов ищет причины этого ажиотажа в событиях ревущих 90-х. 20 лет назад Metallica и Цой могли оказаться рядом, пожалуй, только в одном контексте — на «особом» прилавке на задворках вещевого рынка, заваленном дешевыми майками и балахонами с принтами популярных групп. Но на дворе 2019 год, и всеотец скоростного треша Кирк Хэммет, нашпиговавший первые четыре альбома Metallica пулеметными гитарными соло, раздает на все «Лужники» простецкие аккорды «Группы крови». А басист Роб Трухильо на ломаном русском поет: «Теплое место, но улицы ждут отпечатков наших ног». Вообще — спасибо, конечно, что не «Владимирский централ». Хотя для человека, слушавшего «Металлику» еще до их нежных блюзовых экспериментов с Load/Reload, даже «Группа крови» в их исполнении звучит примерно как удар обухом по голове. После внезапного марьяжа американского тяжмета и российского постпанка Рунет, как это водится, взорвался. YouTube завален роликами от очевидцев, российские СМИ написали про кавер в общей сложности почти 200 новостей (судя по «Яндекс.Новостям»), соцсети невозможно открыть, не наткнувшись на очередной восторженный пост. Не каждый новый виток санкций США получает такое мощное освещение. А с точки зрения Metallica, это хорошо продуманный, но все-таки чисто маркетинговый ход. Например, пару недель назад на концерте в Германии тот же дуэт Трухильо — Хэммет играл кавер на раммштайновскую Engel, и там зал реагировал... ну, скажем так, вяло. И написали про это разве что совсем профильные ресурсы типа Loudwire. Почему же для России обычный, в общем-то, кавер, подобранный менеджментом «Металлики» для местного концерта, стал событием национального масштаба? Мы сжились с тем, что попадание России в гастрольные графики групп даже меньшего масштаба — это чудо. В середине нулевых, когда в Екатеринбург после долгого перерыва вдруг приехали Deep Purple, некоторые старые рокеры так напились от счастья, что на сам концерт вообще не попали — не пустила охрана. В начале 90-х, когда Борис Зосимов организовал фестиваль «Монстры рока» в Тушино, куда приехали самые актуальные рокеры мира на тот момент (и «Металлика» в том числе), казалось, что вот-вот, и страна включится в мировое концертное пространство. И к нам будет постоянно ездить весь свежак, собирающий стадионы по всей планете. Но это ощущение довольно быстро прошло. Ездить в Россию даже из близлежащей Европы тяжело по целому ряду причин: строгие и порой непредсказуемые условия выдачи виз, необходимость таскать с собой тонны оборудования, которое иногда на месте днем с огнем не найдешь. Местный неповторимый колорит в виде, например, бывшего уссурийского депутата Валерия Кана, чье имя в 2005 году всплыло в скандале с группой Soulfly. Музыканты группы тогда заявили, что поддатый депутат приставал к жене и падчерице вокалиста Макса Кавалеры в Домодедово, откуда Soulfly должны были лететь на концерты в Приморье. Тур в итоге был сорван, Кавалера пообещал больше никогда не приезжать в Россию. Обещание свое он не сдержал, но в дальнейшем мы не раз наблюдали, как та или иная рок-группа подвергается в России нападкам со стороны «активистов», срывающих концерты, и даже арестам, как это было с польской группой Behemoth в 2014 году. Многие же артисты сознательно отказываются от концертов в России, даже если им не грозит ничего из вышеперечисленных обстоятельств. В силу политических и идеологических причин. И вишенка на торте — риск организаторов, что они не отобьют затраты на привоз артиста. Вот и получается, что к нам возят в основном не кого-то актуального, а классику, проверенную годами. Чаще всего — десятилетиями. Неважно, что у этой «классики» последний добротный альбом вышел 15 лет назад. Это даже хорошо, потому что аудитория таких артистов за эти 15 лет стабилизировалась финансово и может себе позволить не только билет за 10–15 тысяч рублей, но и перелет из условного Хабаровска в Москву. И к каверам у нас относятся совсем не так, как за рубежом. У нас каверы играют обычно только начинающие группы и только в двух случаях: либо в кабаках по выходным, либо чтобы, попав в нерв аудитории ее любимым треком, увеличить свою базу слушателей. Редко кто из мэтров перепевает других артистов ради фана или в качестве дани уважения. Не фасон. В России трибьют «Кино» под названием «Кинопробы» собирали с огромной помпой, это был проект раблезианского масштаба: как полагается, в честь 10-летия со дня смерти Цоя (без даты же у нас ничего не делается), с «отчетным концертом» в «Олимпийском». Да и то ради группы меньшего масштаба и культа, чем «Кино», вряд ли кто-нибудь подписался бы под такой проект. За рубежом к каверам относятся куда проще. В США на гитарной выставке NAMM каждый год проходит тусовка Dimebash в честь погибшего в 2004 году гитариста группы Pantera Даймбега Даррелла. Группа эта, конечно, культовая, но если проецировать ее масштаб на Россию, то это далеко не «Кино». Тем не менее сыграть каверы на нее в небольшом клубе собираются многие именитые рокеры — в этом году, например, в Dimebash участвовали Дэйв Грол из Foo Fighters и Кори Тейлор из Slipknot — групп, которые стабильно не вылезают из стадионных туров по всему миру. И Грол на этой тусовке преспокойно жарил мясо на заднем дворе клубика для всех желающих. И для великой группы Massive Attack сыграть кавер на «Все идет по плану», даже не в России, — это нормальный творческий акт, совершаемый без зубодробительной серьезности и напыщенности. Мы к такому не привыкли. Ну и, конечно, огромное значение имеет статус группы «Кино» в России. Вся страна, выбравшаяся из руин СССР, росла с «Группой крови» и «Пачкой сигарет». Это было обезболивающее от всех проблем и невзгод, саундтрек любой кухонно-подъездной тусовки, позывные, по которым опознавались свои. Это был символ зарождавшегося культурного кода, противопоставленный советским эстрадным традициям, и тогдашняя молодежь взрослела с этим символом на подкорке. Так что в воскресенье в «Лужниках» Трухильо и Хэммет вернули повзрослевших детей «поколения Пепси» со всеми их ипотеками, тремя детьми, двумя разводами и кабаками по пятницам в молодость, когда уговорить родителей купить футболку с Цоем и торбу с «Металликой» было за счастье, а дешевое пиво с местного пивзавода было вкуснее теперь уже надоевшего чешского лагера. Видеть, как одна любимая группа запросто невпопад играет и поет песню другой любимой группы (прямо как на лавочке в сквере в 90-х!), — это ли не счастье национального масштаба?