«Наш завод в главке уже называют не молочным, а сметанным»: как куйбышевские молочники спасали от голода тыл и фронт

От детского питания до порошков для самолетостроения. Работники Куйбышевского городского молочного завода в годы войны были, что называется, на все руки. Иначе не извернуться так, чтобы сохранить сырье без холодильников, не придумать, что еще можно приготовить из отходов производства, и не выдать десятки тонн продукции каждый день. Рассказываем, как самарские молочники кормили защитников Родины и эвакуированных в «запасную столицу» рабочих.

В годы войны Куйбышев стал «запасной столицей». Сюда эвакуировали семью Сталина, иностранные посольства, Госбанк, наркомат обороны, военные академии, труппу Большого театра, оборонные заводы и почти всё высшее руководство страны. В Москве вместе с вождем народов остались Берия, Косыгин и Микоян.

Так во время Великой Отечественной население провинциального волжского города выросло в два раза.

Спустя пять месяцев с начала войны в Куйбышеве ввели карточную систему. Продукты стали продавать по талонам. Еды не хватало. Частично спасали столовые на предприятиях.

— В заводских столовых повседневное меню не отличалось разнообразием. Чаще всего оно состояло из супа, лапши, картофеля «в мундире», гуляша без гарнира, — перечисляет начальник отдела использования архивных документов Самарского областного государственного архива социально-политической истории Евгений Малинкин. — Иногда на обед предлагалось всего одно блюдо, овощи были в дефиците, не хватало талонов на крупяные блюда. Меню чаще всего составлялось на один день, исходя из наличия каких-либо круп. Для обеспечения резко выросшего из-за эвакуации населения города работали не только заводские, но и открытые столовые, рестораны, закусочные, буфеты. На 1944 год в Куйбышеве насчитывалось 263 заведения общепита: фабрик-кухонь, столовых и ресторанов. По сравнению с довоенным временем их число выросло почти в три раза.

При этом у «главных по молоку» — рабочих Куйбышевского гормолзавода (сейчас — «Самаралакто») — своей столовой не было. О появлении ее на предприятии заговорили только в конце 1945 года.

— С началом войны молоко сразу стало продуктом особой значимости. В первую очередь появились жесткие поквартальные планы молокопоставок по колхозам и совхозам и по отдельным хозяйствам. Имевшим коров жителям городов, рабочих поселков, например, нужно было сдавать государству в год от 100 до 170 литров с одной коровы. Даже проводились воскресники по организации сбора подписок на сдачу молока в Фонд здоровья защитников Родины. Всего за годы войны в области было сдано государству 164,3 тысячи тонн молока, — подчеркивает Евгений Малинкин.

До войны Куйбышевский гормолзавод, помимо цельного молока, сметаны, кефира, простокваши, тощего (1–2 % жира) и жирного (18–23% жира) творога и сливок, производил еще шоколадное и ацидофильное молоко, цукатный и топленый сыры, брынзу из овечьего молока, кисель и квас из сыворотки, сырники, творожное тесто, топленое масло, творожные сырки (сладкие, соленые, цукатные, шоколадные) и мороженое (сливочное, эскимо, фруктовое, шоколадное).

— С началом войны завод столкнулся с жесточайшим дефицитом сырья. Приказом из Москвы был запрещен выпуск мороженого и сырков. Всё шло на производство масла и казеина — важного компонента оборонной промышленности. Завод сушил его буквально на солнце, — поделились вехами истории предприятия на «Самаралакто».

Но даже то молоко, что удавалось собрать по колхозам и совхозам, не всегда получалось доставить на завод. Не хватало целых бидонов и транспорта. Если в 1941 году на балансе предприятия были 23 машины и 51 лошадь, то в 1942-м в автопарке насчитывались 10 машин и 64 лошади, а в 1944 году — 8 машин и 60 лошадей.

— Большая часть реального автопарка просто уехала на фронт. Другие машины — на оборонные заводы, склады снабжения, в тыловые госпитали, — объясняют в пресс-службе Health & Nutrition («Самаралакто» — один из филиалов компании).

С большими перебоями работали вагоны-ледники. Поэтому из свежего молока делали сметану, которая хранилась дольше. Но за такие попытки сберечь продукты руководство предприятия и рабочие «получали по шапке».

— Нужно прекратить увлечение сметаной, наш завод в главке уже называют не молочным, а сметанным. Нужно под страхом суровой ответственности запретить в 1943 году перерабатывать цельное молоко на сметану, только после выполнения плана завода можно говорить о сметане, — призвал директор предприятия Катков на совещании по итогам 1942 года.

В 1942-м ассортимент молокозавода пополнился растительными напитками.

— На заводе выпускали солодовое, соевое, альбуминовое молоко, кисель из сыворотки, кофейный напиток, мороженое (хотя его производство было ограничено в 1941-м). Всего по самым скромным подсчетам в 1942 году предприятие давало около 13,6 тонны продукции в сутки и более 400 тонн в месяц, — рассказали на «Самаралакто». — В годы войны в ассортименте появились также солодовые и молочные гляссе и суфле, альбуминовый творог и белгус.

— Может показаться странным, но мороженое в тылу не только радовало людей, но и было калорийным «энергетиком». При дефиците продуктов мороженое давало энергию за счет жира и сахара, — подчеркнули на предприятии.

Самарские Кулибины доработали технику так, что производство 40 килограммов мороженого стало занимать не 20, а 10 минут.

Разработки куйбышевских молочников вывели завод в тройку лучших в отрасли. Эту марку на заводе старались держать и после войны.

Почитайте наш материал о дружбе сталинградских фронтовиков и рабочих другого куйбышевского предприятия — Завода имени Масленникова. Самарцы взяли шефство над военнослужащими 157-й стрелковой дивизии, ездили к ним на фронт, везли снаряды и подарки.

А в этом материале мы рассказывали, как проходила мобилизация в Куйбышеве.