Согласны ли вы отдать свою почку?

Новый закон «О трансплантации органов и тканей человека» может значительно усложнить работу хирургов и сведет к минимуму все операции по пересадке, – считают самарские трансплантологи. Федеральный минздрав предлагает создать единую базу данных россиян, где все граждане смогут выразить свое согласие или несогласие стать донорами после смерти. Это требование разом ставит под удар всю отрасль трансплантологии в России.

Самарскому центру трансплантации органов и тканей клиник Самарского государственного медицинского университета уже 7 лет. В основном здесь делают операции по трансплантации почек, пробуют пересаживать печень. За все годы работы 260 пациентов получили второй шанс на жизнь и только пяти из них свои почки отдали родственники, в остальных случаях это была так называемая трупная трансплантация.

Сергей Мамзин как раз из большинства. Операцию по пересадке почки ему сделали совсем недавно – 19 октября. До этого он 5 лет мучился сильными болями, ждал своей очереди на то, чтобы попасть на гемодиализ, то есть аппарат «искусственной почки». А попав, три раза в неделю регулярно ездил из родного Пугачева в Саратов (250 километров только в одну сторону), где расположен ближайший к нему диализный центр. Естественно, при таких условиях и состоянии здоровья никакой речи о полноценной жизни быть не могло. Работу механика Сергею пришлось бросить и перебиваться временными заработками, чтобы вносить свою лепту в семейный бюджет. «На операцию решился почти сразу, о центре трансплантации в Самаре мне рассказал друг, которому тут уже пересадили почку. Я оформил квоту в Саратове, встал здесь на учет. И вот полтретьего ночи 19 октября мне позвонили из этого центра и сказали, что нашелся донорский орган. Сумка у меня уже стояла наготове собранная. В 6 утра я приехал в Самару, а в 12 дня лег на операционный стол», – вспоминает Сергей. Сейчас он надеется, что новая почка приживется и его поскорее выпишут. Чтобы организм не отторгал инородное тело, Сергею, как и другим людям, которые прошли через пересадку органов, всю жизнь придется принимать иммуносупрессивные препараты.

Пока в российском законодательстве о трансплантологии действует презумпция согласия. То есть, если при жизни гражданин не заявлял о своем нежелании выступить чьим-либо донором, то после смерти его органы могут быть изъяты и пересажены. Сейчас медицинским сообществом активно обсуждается законопроект о трансплантации органов, где это положение фактически отменяется. Федеральный минздрав предлагает создать единую базу данных россиян, где все граждане смогут выразить свое согласие или несогласие стать донорами после смерти. По мнению самарских трансплантологов, это требование в конечном итоге приведет к тому, что презумпция согласия, действующая сейчас, сменится презумпцией несогласия. «Все будут «за» пересадку органов без согласия, если эти органы нужны им, но мало кто готов дать согласие на то, чтобы его органы были использованы для пересадки после смерти», – говорит руководитель Самарского центра трансплантации органов и тканей, главный внештатный специалист по трансплантологии министерства здравоохранения Самарской области, профессор Александр Колсанов.

В странах, где действует презумпция несогласия, трансплантологии практически нет. Поэтому нуждающиеся в пересадке люди переезжают в другие страны, где таких законодательных трудностей нет. «Важно, чтобы в новом законе была все-таки найдена золотая середина, чтобы с одной стороны трансплантология продолжала развиваться, а с другой – не были нарушены права граждан», – считает доцент кафедры медицинского права Самарского государственного медицинского университета Игорь Шмелев. Медики подчеркивают, что все эти страшные слухи о похищении людей и продаже их на органы беспочвенны. Органы изымаются у человека, смерть которого уже наступила. Констатируют смерть врачи больницы, в которой он находится, не трансплантологи. Решение об изъятии органов принимается не каким-то одним врачом подпольно, а коллегиально целой группой медиков, в которую входят судмедэксперт, главный врач больницы, начальник медицинской части, бригада реаниматологов. Опасения, что врачи могут специально не спасать пациента, чтобы получить его органы, тоже не имеют под собой никаких оснований, – заверяют медики.

«Очень многое зависит от общественного мнения, от настроя населения. Поскольку закон напрямую касается каждого из нас. Не дай бог, но любой из нас может оказаться на месте человека, которому потребуется пересадка органа или который может стать донором. На Западе к этому уже привыкли, поэтому там отношение к этой операции и вообще к этической стороне этого процесса несколько иное», – объясняет президент Самарской областной ассоциации врачей, профессор Сергей Измалков.